— Скоро подыщу себе квартиру. — Мать уже могла обходиться без нее, а ей слишком часто приходилось придерживать язык, когда родители забывали, что ей двадцать пять лет, и приказывали ей, как ребенку.

— Можешь переехать ко мне, — вкрадчиво предложил Блейз. Всерьез он не ожидал согласия.

— Поджариваться на сковородке? Нет, спасибо, — отрезала она.

— Уезжай поскорее.

— Что-о? — Сорель вытаращила глаза.

— Поскорее найди квартиру.

— Я так и сделаю. Только не жди приглашения.

— Даже на новоселье? — Блейз снова потешался, но теперь молча. Посерьезнев, он поймал ее руку и погладил палец поверх бинта. — Извини за рану.

— Ты уже извинялся. — Она отдернула руку, злясь на себя за то, что участился пульс и ослабли коленки. — До свидания, Блейз.

Он коротко погладил ее по щеке, глядя задумчивыми темными глазами.

— До свидания, Сорель. Спокойной ночи. Приятных сновидений.

Ночь оказалась далеко не спокойной, а сновидения — далеко не приятными: навалились какие-то кошмары, полные страсти и бешенства. К утру Сорель совсем измучилась и злилась на себя и на Блейза.

Она думала, что у него есть основания винить ее за разрыв с Чери: она действительно провоцировала его на те поцелуи, это невозможно было отрицать. Но сейчас он дошел до белого каления, чего с ним никогда не было. Не ее вина, что он собирался жениться без любви. Кстати, не в первый раз, мстительно подумала она. Наверное, у него женитьба вошла в привычку.

Она желала его, но не хотела, чтобы Блейз свирепствовал и взваливал на нее всю вину за свою неспособность полюбить более достойную женщину, такую, как Чери. Его нападки просто несправедливы.

Утром он снова пришел в магазин. Поппи ворковала над малышом, пытаясь его развлечь — мать не справлялась с непоседой, у которого действовало, казалось, восемь рук и ног, — но подняла свою рыжую голову, чтобы улыбнуться Блейзу и толкнуть локтем Сорель:

— Опять пришел твой друг.

Суббота у них всегда была трудным днем из-за большого наплыва покупателей, и Сорель некогда было обращать внимание на Блейза. Когда наступило затишье, он подошел к ней и спросил:

— Как рука?

— Как видишь, я жива.

— Очень рад. Что ты сегодня делаешь? Ведь вы закрываетесь в два?

— Буду искать квартиру.

— Умница.

— Тебе на горе!

Блейз засмеялся.

— Есть что-нибудь на примете?

— Пока нет.

Она просмотрела объявления, по некоторым телефонам позвонила, но ей ответили: «Извините, сдано». В одном месте пообещали придержать квартиру до завтра.

— Наверное, придется сначала купить машину. Легче будет искать, а то я все время одалживаю у папы с мамой.

Но сегодня у Роды намечался бридж, а Айен уехал играть в гольф.

— Давай я тебя буду возить.

— Спасибо, Блейз, но…

— Никаких «но». Ранние пташки отобьют у тебя все хорошие места. С машиной будет легче.

— Тогда почему бы тебе просто не одолжить мне машину?

— Я не альтруист. Если ты будешь сидеть в моей машине, там должен находиться и я.

— Ты мне не доверяешь?

— Доверие — вещь обоюдная, — мудро заметил он.

К прилавку приблизилась женщина с недовольным мальчиком и спросила:

— У вас есть что-нибудь на него для свадьбы? Девятый размер.

Блейз отступил, но, когда они с Поппи в два часа закрывали магазин, снова оказался рядом.

— Ты обедала?

У них с Поппи был даже не ланч — они просто в подсобке выпили кофе с печеньем.