Келп жевал курицу:

— Это проще пареной репы.

Дортмундер хмуро взглянул на настенные часы:

— Полчаса, — и достал куриную ножку, рассмотрел ее и отложил. — Не могу есть, — и, поднявшись, добавил:- Пойду оденусь.

— Выпей пиво, — предложил Энди, — у него высокая калорийность.

Дортмундер забрал пиво и ушел. Когда он вернулся, Энди расправился со всеми ножками кроме одной.

— Оставил тебе, — сказал он и махнул в ее сторону, — вдруг ты передумаешь.

— Большое спасибо, — и Дортмундер открыл очередное пиво без пореза и откусил немного мяса.

Поднявшись на ноги, Келп объявил:

— Давай-ка покажу тебе мой доступ. Бери с собой ножку.

Спальня Келпа располагалась сразу же за кухней. Взяв куриную ножку и новую порцию пива, Джон последовал за ним туда, а затем и в шкаф для одежды. В нем имелась фальшивая задняя стенка, изготовленная из цельного куска гипсокартона. За ней находилась кирпичная стена с нестандартным входом: высотой около пяти футов и полтора фута шириной. Келп крепко схватил две ручки, прикрепленные к куску деревянной плиты, и сделал небольшое «поднятие-рывок-поворот-толчок» движение, в результате которого плита отошла от стены, и взору предстало небольшое тусклое пространство.

Келп сделал шаг вперед, продолжая держать за ручки плиту, повернулся боком и прошел сквозь узкое отверстие в кирпичах. Дортмундер с сомнение наблюдал за происходящим, но когда от Энди не последовало никаких сигналов тревоги, криков или еще чего-нибудь в этом роде, Джон двинулся за ним. Оказался он в обычном складе с рядами полок из необработанной древесины и контейнеров, переполненных небольшими картонными коробками. Серый свет пробивался через грязные окна. Келп заставил ширму обратно и произнес:

— А теперь не шумим. В передней части здания находятся работники.

— Что значит теперь? Здесь сейчас находятся люди?

— Ну, конечно. Сегодня пятница, верно? Рабочий день. Давай.

И Энди направился к ближайшему проходу, Дортмундер на цыпочках следом. Келп двигался самонадеянно, даже когда послышались отдаленные голоса. Джон последовал за ним через двери из стекла в комнатушку, все стены которой занимали тонкие красновато-коричневые полки на оранжевых держателях, заставленные телефонами и другим соответствующим оборудованием.

— Мы на месте, — произнес Энди как настоящий продавец. — Телефоны здесь, дополнения там и оборудование для видео- и звукозаписи вон там.

— Энди, давай-ка покончим с этим быстрее, — просился Дортмундер.

— Хорошо, ты выбрал? Что понравилось? Вот здесь у нас есть симпатичная розовая Принцесса с наборным диском, помнишь ее?

— Помню Принцессу, — согласился Джон. — Ты не смог ее настроить и закрепить.

— По дизайну имеются и лучше. Что-нибудь шведское. Мне приглянулась вот эта модель цвета авокадо, но ты не ограничен в выборе палитры, у нас есть любое цветовое решение. Вот, подержи.

Дортмундер только поставив банку пива с балансирующей на ней куриной ногой, как обнаружил, что держит что-то шведское, цвета авокадо. Выглядело оно как современная скульптура в стиле минимализм: по форме напоминало шею лошади, изгибалось и сужалось до не совсем круглого основания и вверху заканчивалось дугой, по-видимому, из нее доносился голос говорящего. И в маленькие черные дырки рядом с основанием, судя по всему, говорили. Перевернув эту вещь, Дортмундер увидел наборный диск телефона на дне, вокруг большой красной кнопки. Он нажал ее, а затем отпустил.

— Пользуется большим спросом, — продолжил Келп, — из-за модной подставки.