— Я сейчас принесу тебе Тайленол.

Медленно, я иду к себе и залезаю в кровать, до самого подбородка натягивая все одеяла.

Я слышу его тяжелые шаги на лестнице.

— Вот, держи, — говорит Доминик, протягивая мне две таблетки и стакан воды.

Доминик

Она вся дрожит и такая бледная.

Сажусь на край кровати, пока она глотает и протягивает мне обратно почти полный стакан воды.

— Я приготовлю тебе немного супа, и если озноб не пройдет, я отвезу тебя в больницу.

Она распахивает глаза и, гневно глядя на меня, трясет головой.

— Я не-не-могу…

— Если от этого зависит твое здоровье, то можешь и будешь.

— Н-н-н-нееет, — сквозь сжатые зубы шепчет она.

— Эйлин, я не могу оставить тебя в таком состоянии.

— Я по-по-по-позвоню м-м-моей ма-мее.

— Сейчас я здесь и присмотрю за тобой. Но в случае необходимости, я сам отвезу тебя в больницу.

Она все еще качает головой, но если ей действительно не станет легче, я сделаю все, чтобы обеспечить ее безопасность.

— Я спущусь вниз, приготовить тебе что-нибудь поесть. Я хочу, чтобы ты попыталась заснуть, хорошо?

Она кивает и сворачивается клубочком.

— Эйлин, нельзя так сильно укутываться. Я должен снять с тебя пару одеял, чтобы твой организм мог остыть. У тебя очень высокая температура. — Она издает болезненный утробный звук, но позволяет мне снять с нее несколько одеял.

Она одета в маленькие пижамные шортики, носки и майку. Все ее ноги покрыты шрамами, майка задралась кверху так, что мне виден ее плоский живот. Там тоже везде шрамы и следы от укусов. Я стягиваю с нее носки, ее ноги огнем горят.

— Не укрывайся, хорошо? Тебе надо остыть.

— Уугуу, — стонет она, переворачиваясь.

Меня больше всего беспокоит пневмония. Я останусь и понаблюдаю за ней, и если улучшения не будет, я определенно отвезу ее в приемный покой. В профессии врача есть свои преимущества.

Спускаюсь вниз и звоню Лорен.

— Привет, Дом. Все в порядке? — спрашивает Лорен.

— Нет, Эйлин заболела. Мне надо, чтобы ты позвонила в аптеку, пусть приготовят для меня шприц антибиотика и упаковку пенициллина. Скажи им, что как только я получу лекарства, я передам тебе рецепт. Мне также нужно, чтобы ты принесла мой стетоскоп и мою медицинскую сумку.

— Я позвоню Чарли в аптеку, этот старый кобель мне задолжал услугу, — смеется она. — Я скоро тебе перезвоню.

— Спасибо, Лорен.

Я иду в кухню и начинаю открывать все шкафчики. Здесь не так уж много всего. Может, ее родители как раз должны были привезти ей продукты, но так или иначе на суп для Эйлин здесь не хватит.

Я ищу в ее холодильнике — там и того меньше. Но в морозилке мне улыбается удача. Там есть несколько домашних блюд, два из которых с наклейками «куриный бульон».

Вытаскиваю одно из них и ставлю в микроволновку размораживаться.

Пока я жду, сверху доносится жуткий грохот.

Перепрыгивая через две ступеньки, несусь наверх, пока не оказываюсь у Эйлин в комнате. Она, должно быть, перевернулась на другой бок и упала с кровати, потому что лежит на полу, свернувшись калачиком.

— Эйлин, — пытаюсь разбудить ее я.

— Угу, — шепчет она.

— Ты можешь подняться?

— Уугуу.

Я легко сгребаю ее в охапку и кладу обратно на кровать. Она вся потная, влажные волосы липнут к лицу, а зубы стучать от температуры.

Я убираю волосы с ее лица, и когда снимаю мокрую прядку с ее щеки, она льнет к моей ладони.