— Ммм. — Вырывается у меня первобытный звук удовольствия.

Теперь язык Доминика ласкает чувствительную ямку под моим ушком.

— О Господи, — желая большего, шепчу я.

Его рука запутывается в моих волосах.

— У тебя самые дразнящие губы, и я не могу дождаться, чтобы попробовать их. Но невозможно пренебречь этой сочной аппетитной кожей на твоей шейке, — бормочет он в мое ухо.

Я захвачена восхитительными, незнакомыми ощущениями. Чувствами, которые, я думала, навсегда будут мне недоступны.

Каждое нервное окончание в моем теле горит огнем, и внизу живота ощущается трепет. С каждым ударом сердца в груди, меня охватывает счастье.

Доминик нюхает мочку моего уха.

— Просто прекрасно, — жадно говорит он.

Оставляет маленькие, нежные поцелуи вдоль скулы, едва касаясь кожи, дразня, заставляя меня желать большего.

Я провожу руками по его густым, темным волосам, направляя его рот туда, где хочу его ощутить. На моих губах.

Его губы смыкаются на моих.

На несколько секунд он замирает, как будто спрашивая моего разрешения, убеждаясь, что я полностью готова к его ласке.

— Да, — глядя ему в глаза, стону я.

— Ты уверена? — спрашивает, сдерживая собственное вожделение.

— Да. Покажи мне.

И его рот наклоняется к моему.

Он нежно, но требовательно указывает мне путь сквозь наш первый поцелуй. С нетерпением засасывает мою нижнюю губу и осторожно, слегка сжимая, покусывает ее зубами.

Своим умелым языком он кружит у меня во рту и нежно пробует меня на вкус. Я открываю рот, безмолвно прося его вести. Он гладит мой язык своим, обводит кончиком языка мои губы.

— Ммм. — Я хочу быть к нему ближе.

Когда он притягивает меня ближе к себе, наш поцелуй становится более отчаянным. Его возбуждение очевидно, и я жажду большего.

— Эйлин, — стонет он, когда огонь между нами усиливается.

Его руки движутся вниз, Доминик сжимает руками мою попку и сильнее прижимает меня к себе.

Сама того не осознавая, я подпрыгиваю и обхватываю его ногами, пока он сажает меня на столешницу.

Наш поцелуй уже не такой медленный, он мощный.

Все это выходит из-под контроля, слишком быстро, я еще не готова к такому.

— Остановись, — еле говорю я, отстраняясь.

Доминик убирает руки с моих бедер и тяжело дыша, отступает назад.

— Мне очень жаль. Я не хотел заходить так далеко. Я так сожалею. Пожалуйста, прости меня. — Он отходит от меня, пробегая руками по волосам, а потом сильно трет ладонями лицо. Его желание налицо. — Я такой идиот, — проклинает он себя, ударяя спинку стула.

— Эй, не говори так. Я сама хотела этого, но нас немного занесло. Слишком быстро для меня. — Теперь я все разрушила между нами?

— Это не твоя вина, мне стоило прекратить. — Доминик становится передо мной и, беря меня за руки, касается моего лба своим.

— Я хорошо целуюсь? — нервно спрашиваю я.

— Это был самый лучший поцелуй в моей жизни. Ты такая соблазнительная, что меня всего до сих пор трясет при мысли, что я только что поцеловал тебя, — он говорит об этом так уверенно. — Но что наиболее важно, как ты себя чувствуешь?

И как мне, черт побери, на это ответить?

Единственным возможным для меня способом.

Абсолютной честностью.

— Это было настолько невероятно, что я захотела большего. Ты показал мне место, где я уже не надеялась оказаться. С тобой я чувствую себя в безопасности, и я хочу попробовать это снова, если конечно, ты не против?

Запрокинув голову, Доминик смеется.