В состоянии близком к помешательству Кит отправился спать вскоре после одиннадцати часов. Он слишком устал, чтобы ломать голову над своими проблемами, и заснул сразу после того, как Фимбер задернул занавеси.

Часом позже он был вырван из глубокого сна: чья-то рука трясла его за плечо. Затем он услышал голос:

-  Ну, проснись же, Кестер! Кестер! Только один человек на свете звал его так. Все еще в полусне он машинально пробормотал:

-  Ив!..

-  Проснись же, простофиля!

Он открыл глаза и в свете свечи увидел перед собой смеющееся лицо своего брата. С минуту он таращил глаза, потом улыбнулся и слегка заплетающимся языком пробормотал:

-  Я знал, что ты не мог скопытиться! Брат сжал его протянутую руку.

-  Я и не сомневался, что ты знаешь, -  сказал Ивлин. -  Какими судьбами ты дома? А известно ли тебе, что я чуть было не отдал Богу душу?

-  Да, ты попал в какую-то переделку. Рукопожатие стало еще крепче.

-  Кестер, я так рад снова тебя видеть!

-  И я, -  сказал Кит. -  Черт тебя подери! -  добавил он.

-  Извини меня, я бы отправил тебе письмо, если бы не потерял сознание, -  виновато сказал Ивлин.

Стряхнув с себя остатки сна, Кит увидел, что Ивлин держит его руку в своей левой руке, а его правая рука подвязана.

-  Так, значит, с тобой-таки произошел несчастный случай? -  заметил он. -  Руку сломал?

-  Нет, плечо и пару ребер. Ну, это ничего!

-  Как это произошло?

-  Повернул на слишком большой скорости, и фаэтон перевернулся.

-  Лихач! -  сказал Кит, садясь. Он отпустил руку Ивлина, зевнул, потянулся, скинул ночной колпак, потер голову и сказал:

-  Так лучше! -  и свесил ноги с кровати. Ивлин, зажигая свечи, которыми леди Денвилл уставила спальни в доме, сказал:

-  У вас вчера, должно быть, была куча народа. Ты так утомился, что я не мог тебя разбудить целых пять минут.

-  Если бы ты знал хотя бы половину того, что я был вынужден для тебя проделать, ты, бездельник, постарался бы не сердить меня, -  сказал Кит, надевая элегантный халат. -  Когда я думаю, в какую неразбериху я попал и что вынес, и все ради этого сумасшедшего, по которому веревка плачет…

-  Ну, если уж на то пошло, -  возмущенно воскликнул его брат, -  я не толкал тебя на эту неразбериху. Более того, я хотел бы тебе заметить, что на тебе мой новый халат, воришка!

-  Пусть тебя не беспокоит эта мелочь! -  ответил Кит. -  Единственное из твоих вещей, что я не ношу, так это твои сапоги.

Затянув потуже пояс халата и засунув ноги в шлепанцы, Кит подошел к брату, схватил его за здоровое плечо и повернул к свету.

-  Дай мне посмотреть на тебя! -  С минуту он изучал лицо брата. -  Ты попал в историю, не так ли? Все еще не можешь прийти в норму! И не только из-за нескольких сломанных костей. Ив, может, ты поделишься своим беспокойством?

Ивлин снял руку Кита со своего плеча и сказал, криво улыбаясь:

-  Это к тебе не имеет отношение, Кестер. Мама тебе говорила?

-  Да, конечно. А что касается того, что это не имеет ко мне отношения…

-  Как она? -  перебил его Ивлин.

-  Она ничуть не изменилась.

-  Храни ее Господь! Наконец-то я узнал, что она не волнуется!

-  Она не волнуется, потому что я сказал ей, что знаю, что ты жив. Но когда я приехал в Лондон, она чертовски взволновалась, -  сказал Кит несколько сурово.