-  Храни Господь эту семью! -  быстро ответил Кит, и его глаза тоже заискрились от смеха. -  О пустая башка! И у тебя не было ничего, что могло бы помочь Эскхемам установить твою личность?

-  Нет, а что же это могло быть? У меня был лишь мешок со спальными принадлежностями. Не думаешь ли ты, что моя спортивная коляска, в которой я разъезжаю по окрестностям, украшена фамильным гербом?

-  Нет, не думаю. Но когда ты пришел в себя, они должны же были спросить твое имя.

-  Да, миссис Эскхем спросила, когда я впервые пришел в себя. Но и они сказали, что я снова потерял сознание, успев сообщить лишь, что меня зовут Ивлин. Во всяком случае когда я окончательно пришел в себя, я обнаружил, что все меня называют мистер Ивлин. Вначале я не обратил на это внимания. Но потом, когда я узнал, как долго там нахожусь, я понял в какую историю влип со Стейвли. Но тогда это уже не имело значения. Знаешь, Кестер, я был не в себе, и они не слишком-то много со мной говорили, потому что доктор Элстед предупредил их, чтобы они меня не тревожили. А позже я не захотел им говорить. -  Он замолчал, изучая свою правую руку, лежавшую на перевязи, и тихая улыбка блуждала в уголках его губ. Через минуту, поскольку Кит ждал в некотором удивлении, он поднял голову и первый раз в жизни посмотрел на своего брата застенчивым взглядом. -  Кестер, когда я очнулся во второй раз, осмотрелся, не понимая, где, черт подери, я нахожусь, -  я увидел ангела!

-  Ты увидел что?

-  Сидящего в кресле и глядящего на меня ангела, -  сказал Ивлин с восторгом. -  С голубыми как небо глазами, сияющими -  я не могу тебе их описать! И нежнейшие, мягкие губы и бледно-золотые волосы как ореол! Я почти решил, что уже умер и нахожусь на небесах! И тогда она встала с кресла и сказала своим прелестным мягким голосом: «О, вам уже лучше», -  с такой улыбкой, какая бывает только у ангелов!

-  В самом деле? -  сказал Кит. -  И что же еще она сказала?

-  Ничего, -  просто ответил Ивлин. -  Она исчезла!

Это было уже слишком даже для такого преданного брата.

-  Прекрати! -  скомандовал он угрожающим тоном. -  Если ты не перестанешь молоть чепуху, Ивлин, я завтра же уеду в Вену и предоставлю тебе самому разбираться во всей этой путанице.

-  Кестер -  воскликнул Ивлин с упреком. -  Довольно!

Ивлин засмеялся.

-  Ну хорошо: мне показалось, что она исчезла! Она вышла, чтобы позвать миссис Эскхем. Она сидела около меня, пока сиделка обедала, а миссис Эскхем вышла из дома. Они не оставляли меня одного. После этого случая я видел Пейшенс только раз, когда она принесла мне стакан молока или что-то другое, и то лишь одно мгновение. Разумеется, наедине мы никогда не виделись, потому что миссис Эскхем ее очень строго охраняет. Наконец, этот проклятый хирург -  нет, я не должен так говорить, он отличный малый, наконец, он разрешил мне вставать. Джеймс -  слуга миссис Эскхем, обычно помогал мне одеваться и поддерживал меня, пока я спускался вниз. Я долго был очень слаб и ни на что не способен, кроме как лежать на софе, которую для меня выносили в сад, и наблюдать, как играют дети!

-  И беседовать с ангелом, как я понимаю? -  сухо сказал Кит. -  Она дочь Эскхемов?

-  Старшая. Да, вот тогда я смог разговаривать с ней, но всегда в присутствии миссис Эскхем либо сиделки, либо детей! В тот же миг, когда я увидел ее, я понял, что со мной произошло. Но она сама невинность, Кестер, и я не мог предположить, что она чувствует то же самое! Они могли бы спокойно оставить нас одних на многие часы: я ни словом бы ее не обидел. Она такая застенчивая маленькая птичка… Нет, не застенчивая, если точнее! Такая открытая, такая доверчивая! Такая естественная, такая…

-  Невинная, -  подсказал Кит, поскольку его очарованный брат не находил слов.