Изменить размер шрифта - +
Вот швырнет кто-то камень, тебе надо стекла вставлять. Слушай, а когда играешь, как Келл, питчеры без конца в тебя чем-то кидают. Это гораздо хуже камней, потому что ты этим на жизнь зарабатываешь, вот что. Стоишь, и все. А когда посильнее бросят, поклонишься.

– Или ждешь аута, – добавил Райан.

– Конечно, или ждешь аута. Только, так или иначе, должен стоять. Может быть, если бы ты дальше играл в бейсбол, может, тебе когда-нибудь тоже такую табличку поставили бы.

– Конечно.

– Я имею в виду, если бы спина у тебя не болела.

– Хотите знать кое-что? – спросил Райан. – Даже если бы она у меня никогда не болела, я сроду не смог бы отбить мяч с такой распроклятой подкруткой.

 

Нэнси уловила движение в дальнем конце лужайки: в оранжевом свете быстро промелькнула фигура и через мгновение исчезла из виду, теперь пробиралась через двор в густую тень сосен. Она все поглаживала одним пальцем прядку волос над бровью. Уселась поудобнее, поставила ноги на ближний край оттоманки, подтянув к себе колени. Сидела не шевелясь. На мгновение задумалась: зачем он так крадется? Ему надо всего лишь пройти через двор к дому. Вновь увидев его возле плавательного бассейна, она отвела от лица правую руку.

Рука опустилась к столику возле кресла и сразу, не шаря, легла на твердую, гладкую рукоятку пистолета для стрельбы по мишени.

Нэнси ждала. Прикидывала, не придет ли ему в голову обогнуть дом, пойти к черному ходу. На то не было никаких причин, разве что ему захочется взглянуть на гараж или осмотреть улицу, просто удостовериться. Не слышалось никаких звуков, ни в доме, ни снаружи.

Нэнси ждала. Точно знала – скоро он снова появится. А кроме того, сидя в кресле лицом к раздвижной стеклянной двери и не сводя с нее глаз, точно знала, что собирается сделать.

Было абсолютно тихо. Потом раздался слабый звук – шорох на деревянной лестнице. Вот появилась его голова, темные очертания на фоне площадки для загара, плечи, тело. Он немного постоял, глядя вниз во двор, а когда повернулся к дверям, Нэнси подняла перед собой пистолет, положив дуло на поднятые колени. Как только он открыл дверь – тихо отодвинул стеклянную створку – и шагнул, Нэнси произнесла:

– Привет, Джеки!

Она слышала, как он отозвался: "А..." – или что-то похожее, но не больше, потому что, твердо целясь в него, сразу же выстрелила четыре раза. Когда он повалился назад, на площадку для загара, раздался звук разбитого стекла, будто кто-то уронил стакан или бутылку. Для верности Нэнси выстрелила в лежащего еще три раза.

Потом она вскочила с кресла, в котором просидела около часа. А немного погодя вышла на площадку для загара, чтобы посмотреть, открыты у него глаза или закрыты.

 

– Зачем они заменяют Маклейна? Господи Иисусе, пару раз в него попали, и они его убирают.

– Очень уж сильные были мячи, – пояснил Райан. – Оба.

– Ну так парочку можно и выдержать.

– Главное, добежать до второй, – высказался Джек, – им надо быть поосторожнее. Вы не знаете, сколько времени?

Мистер Маджестик глянул на часы:

– Четверть десятого. Я бы его оставил. Сколько он сделал бросков?

– Приблизительно шесть.

– Шесть бросков. И что, все одинарные? Этого парня с ног не собьешь.

Они смотрели, как менеджер команды идет назад к скамейке запасных. Маклейн остался в кругу, вкладывая мяч в ловушку перчатки.

Джордж Келл прокомментировал: "Ну похоже, Дэнни остается. Теперь у него немного работы. Два броска, потенциально главная пробежка на вторую".

Мистер Маджестик качнулся вперед в кресле-качалке.

– Самый лучший эпизод, а мне надо отлить, – с сожалением произнес он.

Быстрый переход
Мы в Instagram