Джаред приоткрыл рот, будто не веря тому, что его бывшая жена могла так поступать с его подарками дочери.

Ники решила забыть о гордости и сказать ему всю правду.

— Я многого не знаю из того, что происходило в вашей семье, Джаред, но одно уяснила хорошо еще с детства. Я отлично понимаю, что такое жаждать отцовской любви.

— Что? — Внезапно он смутился. — Неужели я недостаточно рассказал тебе о своей семье?

— Я не знаю. Я знаю только, каково это лежать по ночам в кровати, не смыкая глаз, и задаваться вопросом: что ты сделала такого ужасного, если твой отец не любит тебя и даже не хочет позвонить, чтобы выяснить, как ты поживаешь.

— Это не имеет никакого отношения к тому, что происходит с Мэдисон, — пробормотал он, избегая ее взгляда.

— Сандра ни разу не позвонила Мэдисон, а ты постоянно занят на работе.

— Ники… — предупредил он ее.

— У меня не было другого выхода, — сказала она, перебивая его, — кроме как сказать, что папа очень любит ее и хочет быть рядом с ней. Я сообщила ей это на тот случай, если ты об этом не говорил.

Глаза Джареда вспыхнули. Ники понимала, что ее слова наконец достигли цели.

— Знаешь, иногда попадаются такие упрямцы, которых ни в чем не переубедишь. Я не уверена, что на тебя как-то повлияет этот наш с тобой разговор. — Ники умолкла, потом прибавила: — Все бесполезно.

Повернувшись, она направилась к двери, ожидая, когда Джаред окликнет ее. Наконец он сделал это.

— Слушаю тебя. — Она повернулась к нему и заметила, что выражение его лица немного смягчилось.

— Просто… Мэдди сказала, что ты обещала ей чудо.

— Я обещала ей чудесный подарок на Рождество, — произнесла Ники. — Этот подарок — любовь отца к своей дочери. Вы оба этого заслуживаете, тебе так не кажется? — Она пристально смотрела в его глаза. — А теперь извини, мне нужно пойти к Мэдди и попробовать убедить ее в существовании Санта-Клауса и в том, что чудеса все же бывают. Я обещала тебе, Джаред, что устрою настоящий рождественский праздник, и я намерена сделать это.

Глава тринадцатая

Ники осторожно постучала в закрытую дверь комнаты Мэдди. Никто не ответил. На какое-то мгновение Ники запаниковала, потом услышала сопение девочки. Она постучала снова, потом открыла дверь и заглянула в комнату.

— Можно мне войти? Я хочу поговорить с тобой.

Мэдисон восседала в огромном кресле-качалке, уставившись в окно. Тряхнув головой, она потерла красные, заплаканные глаза тыльной стороной ладони.

— Извини, Мэдди, я не хотела тебя разочаровывать, — сказала она.

Вместо ответа Мэдди фыркнула.

— Я понимаю, что ты на меня сильно рассердилась.

Девочка закивала головой.

— В тот вечер, когда в торговом центре устраивался праздник, настоящий Санта-Клаус заболел, и мне пришлось заменить его. Я часто так делала в магазине твоего папы, пока не стала твоей няней. Я подумала, что справлюсь и на этот раз.

Мэдди теребила кружево на ночной рубашке, внимательно слушая. Ее розовые губки были плотно сжаты.

— Я собиралась поговорить с твоим папой о том, что ты сказала мне, но кое-что мне помешало.

Мэдди оставила в покое кружево и наклонила голову, явно заинтересовавшись.