Он обнял ее, и она прижалась к нему, ощущая лишь дикую ненависть к Юджину Кеттлу и Берте за то, что они скрыли от нее всю правду о матери.

— Но почему же тогда мой… — Дженнифер помолчала. Нет, она никогда больше не назовет этого человека отцом! — Почему этот Юджин Кеттл оформил на меня опеку?

— Потому что все в округе считали, что ты его дочь, — спокойным тоном ответил Бардалф.

У Дженнифер защемило под ложечкой, и она спросила стонущим голосом:

— Неужели мой настоящий отец никогда не интересовался мной? Ведь моя мать наверняка ушла к нему. Разве они не совершили совместный побег? Разве они не хотели, чтобы я была вместе с ними?

Старик вопросительно посмотрел на Бардалфа, который продолжал держать в объятиях Дженнифер, и тот глухим голосом произнес:

— Она сможет перенести это. Последние надежды женщины рухнули, и она в отчаянии вскрикнула:

— Нет! Не может быть!.. Неужели это правда — их… нет в живых?

Глаза Гейла Трэмпа наполнились глубоким состраданием и нежностью, когда он сказал:

— Обоих, моя девочка. И твоей мамы, и ее шотландца. Оба мертвы… В тот день была жуткая погода. На шоссе, которое ведет в Дуранго, выполз с поля трактор и раздавил их на месте. Это случилось через две недели после твоего рождения. Шотландец перевез тебя и твою мать в «Желанную женщину», чтобы вы все жили вместе. После их смерти Юджин Кеттл забрал тебя обратно и сразу удочерил. Лишь немногие из нас знали всю правду.

Дженнифер потрясли рыдания. А ведь счастливый жребий жизни — иметь родной дом — был так близок к ней! И ее мать была лишена счастья, на которое она, очевидно, так надеялась!

Все завершилось для ее родителей так печально и трагично! Такое короткое счастье!.. Дженнифер всхлипнула и сильнее прижалась к Бардалфу.

— Эти люди, а вернее ублюдки — Юджин и Берта — не проронили ни слова о моей матери, пока я жила с ними, — пробормотала она. — Все эти годы я не могла отделаться от тяжелой мысли, что мама отвергла, навсегда покинула меня. И причиной этого были недвусмысленные намеки со стороны этих негодяев! О, какими жестокими могут быть люди, Бардалф! Какая жестокая несправедливость!..

Слезы градом полились по ее щекам. Слезы по матери и отцу, которых она совсем не помнила, потому что была еще крохой, когда они погибли. Прошло несколько минут, прежде чем Дженнифер поняла, что мужчины что-то обсуждают.

— У тебя есть карта этой местности, Гейл? — донесся до нее голос Бардалфа.

— Вот… — ответил Трэмп. — Здесь проходит эта узенькая дорога…

— А ворота?..

У нее опять защемило под ложечкой. О Боже, Бардалф хочет помочь ей сбросить тяжесть стольких лет! Храни его Господь за такие добрые намерения! Храни его…

— Отвези меня туда, на это место! — всхлипнула она опять и уткнулась в его мягкую рубашку.

— Успокойся, — нежно сказал он и провел ладонью по ее шелковым волосам. — Мы прихватим из сада цветы. Соорудим прекрасный букет для твоей матери из роз, гелениумов, шалфея…

— А когда вы однажды заглянете ко мне вместе, — тихо сказал Трэмп, — мы сможем подольше поговорить о твоих родителях, девочка, если, конечно, ты захочешь. Я уже так привык к тебе. Ты стала для меня, как родная дочь.

— Я тоже привыкла. — Дженнифер поцеловала его и заключила старческое, худощавое тело в объятия. — До скорого.

— Передай ей привет от меня. — Глаза Гейла наполнились слезами. — Она была настоящим другом.