Она вздрогнула и отвела взгляд.

— Не думаю, что подобное еще когда-нибудь повторится. А от щипков и похотливых намеков я сумею, себя защитить.

— Но ведь это просто немыслимо! — взорвался он, потеряв самообладание. — Как ты можешь терпеть, когда тебя унижают?

— Никто не сможет меня унизить, если я этого не захочу, — тихо промолвила она в ответ. — Не забывай этого.

Он отпустил ее плечи и встал.

— Я знаю, Тори. Но тебе не обязательно оставаться в условиях, которые для тебя невыносимы.

— Неужели? — Она невесело рассмеялась. — И каким же образом могу я изменить те условия, на которые ты так прозрачно намекаешь? Мне ведь нужно как-то жить, милорд.

— Тори, оставь, пожалуйста, свой сарказм. С этим не шутят.

— А я и не думала шутить! Я говорю совершенно серьезно. Если я перестану работать гувернанткой, мне придется голодать. Другого выбора у меня нет.

— Нет, есть, — горячо зашептал он, опускаясь перед ней на колени. — Ты можешь поехать со мной. Она ошеломленно уставилась на него. — С тобой?

— Да, — кивнул он. — В Лондон. Мы уедем сегодня же.

У Виктории пересохло в горле, она нервно сглотнула, пытаясь подавить в себе желание кинуться в его объятия. В глубине ее души снова затеплилась надежда, и ей вдруг вспомнилось, как много лет назад он впервые сказал, что хочет на ней жениться. Но пережитое разочарование сделало ее недоверчивой и осторожной, и поэтому она спросила, тщательно взвешивая каждое слово:

— — Что именно вы предлагаете мне, милорд?

— Я куплю тебе дом и найму прислугу. При этих словах робкая надежда Викторин растаяла как дым. Роберт не собирается на ней жениться, И никогда не женится. Даже если она станет его возлюбленной. Джентльмены никогда не женятся на своих любовницах.

— Ты не будешь ни в чем нуждаться, — добавил он.

Кроме любви, с тоской подумала Виктория. И уважения.

— И что от меня потребуется взамен? — холодно спросила она. Она знала что, но ей хотелось, чтобы он сам произнес эти слова.

Роберт онемел от изумления; он никак не думал, что она задаст ему подобный вопрос.

— Ты… э-э…

— Ну, так что, Роберт? — повторила она.

— — Я хочу быть с тобой, — произнес он, сжимая ее руки и отводя взгляд, понимая, как неубедительно все это звучит.

— Но не женишься на мне, — договорила она за него упавшим голосом. Как глупо с ее стороны было надеяться, что они снова могут быть счастливы!

Он встал.

— Но ты же не думаешь, что я…

— Ну конечно, нет! Как я могла подумать, что вы, граф Макклсфилд, снизойдете до того, чтобы взять в жены дочку священника? — Голос ее сорвался на крик. — Боже правый, ведь я охотилась за вашим состоянием семь лет назад, как же можно это забыть!

Роберт вздрогнул — он не ожидал такого яростного выпада с ее стороны. Ее слова задели его за живое и пробудили сомнения. Он и раньше никак не мог свыкнуться с мыслью о Виктории как об алчной авантюристке, но что еще он мог подумать? Он же сам ее видел тогда, в ночь их предполагаемого побега, — она лежала в кровати и спала безмятежным сном. При этом воспоминании он почувствовал, как сердце его снова каменеет и холодно повторил:

— Сарказм тебе не идет, Тори.

— Что ж, прекрасно. — Она решительно махнула рукой. — В таком случае наш разговор окончен.

Он молниеносно перехватил ее руку и стиснул запястье.