— Я знаю, когда мне следует остановиться, — глухо промолвил он.

Виктория часто заморгала — ей вдруг стало ясно, что про себя она этого сказать не может. Еще одна секунда этой чувственной пытки — и она была бы уже на полу кареты, умоляя его взять ее. Краска стыда залила ей щеки, она открыла дверцу кареты и протянула Макдугалу дрожащую руку, чтобы он помог ей выйти. Роберт вышел тотчас вслед за ней и, оглянувшись вокруг, не смог сдержать проклятий.

Виктория жила в одном из беднейших кварталов Лондона. Роберт не сразу пришел в себя. Он промолвил почти умоляюще:

— Прошу тебя, скажи, что ты не здесь живешь.

Она как-то странно на него посмотрела и указала на окно четвертого этажа.

— Я живу вон там.

— Ты… здесь… не останешься, — вымолвил он, запинаясь и с трудом выговаривая слова.

Виктория пропустила его реплику мимо ушей и направилась было к дому, но Роберт обхватил ее за талию.

— Я не желаю больше ничего слышать, — крикнул он. — Ты сию же минуту поедешь ко мне домой.

— Пусти меня! — Виктория попыталась вырваться из его рук, но Роберт держал ее крепко.

— Я не позволю тебе оставаться в таком опасном месте.

— Не думаю, что с тобой я буду в большей безопасности! — едко возразила она.

Роберт немного ослабил хватку, но не выпустил ее руки. И вдруг он почувствовал, как что-то скользнуло по его ноге.

— О растреклятый дьявол! — Он яростно дернул ногой, и огромная крыса шлепнулась на мостовую.

Виктория воспользовалась его замешательством, вырвала у него свою руку и бросилась к дому, где она могла от него укрыться.

— Виктория! — взревел Роберт, кидаясь за ней. Но когда он рванул на себя входную дверь, перед ним как из-под земли выросла старуха с отвратительными гнилыми зубами.

— И кто вы такой, смею спросить? — прошамкала она.

— Я граф Макклсфилд. Прочь с дороги!

Старуха толкнула его рукой в грудь.

— Полегче, ваша милость.

— Уберите от меня ваши руки, будьте любезны.

— А вы, будьте любезны, уберите свою паршивую задницу из моего дома, — проскрипела она. — У нас здесь мужчинам разгуливать не позволено. Это порядочный дом.

— Мисс Линдон — моя невеста, — отрезал Роберт.

— Навряд ли. Сдается мне, она с вами и знаться не хочет.

Роберт поднял голову и заметил в окне Викторию, которая сверху наблюдала всю эту сцену. Гнев захлестнул его с новой силой.

— Меня это не остановит, Виктория! — крикнул он.

Она с грохотом захлопнула окно.

Вот тут-то Роберт впервые в жизни понял, что означает выражение, «света не взвидеть от ярости». Когда семь лет назад Виктория, как он думал, предала его, он был слишком несчастен, чтобы так злиться. Но сейчас… Черт возьми, он две недели места себе не находил от беспокойства, гадая, куда запропастилась Виктория. И теперь, когда он наконец нашел ее, она не только с пренебрежением отвергла его предложение руки и сердца, но и с присущим ей упрямством отказалась покинуть этот омерзительный дом, где с ней соседствуют пьяницы, воры и шлюхи. И крысы.

Роберт оглянулся и заметил, как уличный воришка залез в карман ничего не подозревающего прохожего, и чуть не задохнулся от злости. Нет, он вытащит Викторию отсюда во что бы то ни стало — если не для ее безопасности, так для собственного спокойствия.