Кэсси распрямила плечи и взглянула ему прямо в глаза:

— По-моему, Себастьян, ты кое-что упускаешь. Наша связь оборвалась шесть лет назад.

— Нет, Кассандра. Это ты положила ей конец, — заметил Себастьян, в его голосе послышалась едва различимая нотка горечи.

Кэсси еще выше подняла голову:

— Как мне обращаться к тебе сейчас? Себастьян или ваше высочество? Мне следует перед тобой раскланиваться или достаточно небольшого поклона, если мы встретимся на улице? Я что-то подзабыла.

Губы Себастьяна дернулись.

— Можно ограничиться именем, — процедил он. — По крайней мере, когда мы одни.

На этот раз поджала губы Кэсси:

— Я не собираюсь находиться с тобой наедине в будущем. Пожалуйста, верни мне мой браслет. Мне нужно домой.

— Ты забываешься, Кэсси, — напомнил он. — Так с представителями королевской семьи не говорят. Я отпущу тебя, когда мне будет угодно, но никак не наоборот.

— Да? А как ты намерен этого добиться? — насмешливо спросила Кэсси. — Запрешь меня в башне и выкинешь ключ? Уверена, я быстро сойду с ума, особенно учитывая, где мне пришлось провести последние годы. Или ты хочешь убедиться в этом лично?

Себастьян удерживал ее взгляд, и Кэсси не отводила глаза в сторону, хотя для этого ей пришлось собрать в кулак всю свою волю.

Она может противостоять Себастьяну. Она обязана это сделать.

Лицо Себастьяна приобрело презрительное выражение.

— Твой гнев неуместен, Кэсси, — бросил он. — Ты сама положила конец нашей связи, афишируя передо мной своих любовников. Если кто и имеет право на гнев, так это я.

«Он прав», — признала Кэсси. Она наговорила ему тогда чего-то несусветного, лишь бы уехать с острова.

— Да, — тихо сказала она. — Ты прав.

— К кому ты сейчас так рвешься? К одному из своих многочисленных любовников? Я не ошибусь, предположив, что ты хочешь наверстать упущенное время?

Кэсси теперь знала, что чувствует человек, наступивший на брошенные им же грабли. Ощущения, надо признать, не из приятных.

— Сейчас в моей жизни есть только один человек, который мне дорог.

Себастьян ненадолго умолк, но тишина эта давила на уши.

— Ты собираешься за него замуж? — спросил он.

Кэсси снова подняла на него глаза:

— Нет.

В глазах Себастьяна она прочла презрение. И хотя он не произнес этих слов вслух, она явственно их услышала: «Шлюха. Потаскуха. Убийца».

Лицо Себастьяна стало бесстрастным.

— Я хочу встретиться с тобой завтра. Пообедаем здесь. И даже не думай о том, чтобы отказаться.

— Завтра я работаю в детском доме. У нас не хватает персонала. Я не могу так просто взять и уйти.

Брови Себастьяна сошлись в одну линию. Было очевидно, что после смерти отца он уже привык к тому, что его приказы выполняются беспрекословно.

— Мой личный секретарь предупредит директора детского дома, что у тебя назначена официальная встреча во дворце. А если ты откажешься…

В глазах Кэсси сверкнула ярость.

— Ты уверен, что можешь меня шантажировать?

Себастьян улыбнулся с видом превосходства:

— Если ты хочешь получить свой браслет, то да, я уверен, ты сделаешь все, что я захочу.

— Ну и подонок же ты! — с горечью бросила она ему в лицо.

— Осторожнее, Кэсси, — шелковым голосом предупредил ее Себастьян. — Не думаю, что нападение на королевскую особу зачтется тебе в хорошее поведение.

— Прошу тебя еще раз, — холодно сказала она.