– Подождите минуту, я сейчас к вам вернусь, – попросил он странного гостя, не взяв у него ни денег, ни таблеток.

Старик пожал плечами, и Милан отошел от его столика.

На ватных ногах, с дрожащими коленями он направился к барной стойке. С каждым шагом, который приближал его к Андре, сердце Милана билось все сильнее.

– Послушай, мне очень жаль, – начал он с извинений. Но она не дала ему продолжить. Притянула к себе и обняла. Милану стало так хорошо, так спокойно.

– Нет. Это мне жаль, – прошептала она ему в ухо. – Я перегнула палку. Наверное, для парной терапии еще слишком рано.

Ему хотелось отстраниться от Андры, чтобы заглянуть ей в глаза. В то же время он хотел чувствовать ее как можно ближе во время своего признания.

– Нет, нет, это все моя ошибка, моя вина. Я…

Его отвлек хлопок входной двери за спиной. Милан высвободился из объятий Андры и взглянул на столик номер 19, за которым уже никто не сидел. Осталась только невыпитая чашка кофе. И маленькая белая баночка с таблетками.

– Черт, – сказал он и посмотрел в окно вслед старику, который шел, с трудом преодолевая ветер. Даже со спины он казался грустным и потерянным.

– Он не расплатился? – спросила Андра, бросив взгляд на блокнот Милана для рисования, лежавший на барной стойке.

Милан помотал головой.

– Дело не в этом. Извини. У меня сейчас был контакт третьей степени.

– Охотно верю. Почему здесь написано «Помоги мне»?

Андра взяла блокнот в руки и ткнула в последний рисунок, который набросал Милан.

Πσϻστν ϻμε.

– Ах, это. – Он покачал головой и криво улыбнулся, давая понять, что картинка не имеет никакого значения. И действительно, странная встреча со стариком уже заставила его забыть то нелепое преследование сегодня днем. То, что Андра дала ему еще один шанс, было сейчас важнее всего остального на свете.

– Это была просто детская шутка. По дороге сюда одна девочка в машине сделала из меня полного идиота.

Андра захотела узнать больше, и Милан рассказал ей всю историю; как он думал, что ребенка похитили, а она просто возвращалась с мамой и папой из магазинов.

– Я бы тоже начала преследование, – согласилась с ним Андра. – Особенно, прочитав вторую строчку.

– А что там? – вырвалось у Милана.

– Что там? – Андра рассмеялась и ткнула в соответствующее место на рисунке.

Πσϻστν ϻμε.

εωσ με ϻσν ρσδνωελν

– Ты что, больше не можешь разобрать собственный почерк?

И тогда она еще раз прочитала сообщение целиком. Два предложения, которые все изменили:

«Помоги мне.

Это не мои родители».

12

– Красный.

– Ты дальтоник? – спросила Андра, покосившись на Милана, еще раз нажала на газ и пронеслась на своем черном «мини» через перекресток.

«Нет. Цвета я хорошо различаю. В отличие от букв».

– Был красный, а ты едешь слишком быстро, – прокомментировал Милан.

– Был кроваво-зеленый. А ты самый плохой пассажир на свете.

– Говорит женщина с четырьмя пунктами во Фленсбурге.

– Мужчине, у которого даже водительского удостоверения нет.