– Что тут происходит? – поинтересовался он.

Никто не ответил.

– Я спрашиваю…

– Просто смотри на экран, папа! – перебила Линда.

– А-а, – тихо произнес Баки и шагнул ближе к телевизору.

Майрон переключился на третий канал и нажал кнопку воспроизведения. Все взгляды устремились на экран. Майрон уже видел пленку. Поэтому он смотрел на лица зрителей, изучая их реакцию.

Появилась черно-белая картинка. Часть улицы у подъезда банка. Изображение рябило, давая вид сверху и искажая предметы за счет эффекта «рыбьего глаза». Звук отсутствовал. Майрон уже перемотал пленку на нужное место. Почти сразу на экране появилась машина. Камера смотрела на нее со стороны водителя.

– Это автомобиль Чэда, – пробормотал Джек Колдрен.

Все в гробовом молчании наблюдали, как в машине опустилось стекло. Угол обзора оказался очень неудобным – поверх крыши автомобиля и с верхушки банкомата, – но никаких сомнений не возникало: за рулем сидел Чэд Колдрен. Он высунулся из окна и вставил в автомат свою банковскую карточку. Пальцы забегали по кнопкам, как у опытной стенографистки.

Юное лицо Чэда сияло радостью и счастьем.

Закончив барабанить по клавиатуре, подросток стал ждать. На секунду он отвернулся от камеры, взглянув на соседнее кресло. Там кто-то сидел. Майрон внимательно следил за реакцией. Линда, Джек и Баки прищурились, стараясь разглядеть лицо пассажира, но это было невозможно. Когда Чэд снова повернулся к камере, он смеялся. Взяв деньги и вытащив карточку, мальчик исчез в автомобиле, поднял стекло и уехал.

Майрон выключил магнитофон и замер в ожидании. В комнате воцарилась тишина. Линда Колдрен опустила голову. Выражение ее лица почти не изменилось, но у нее дрожали губы.

– Там был еще один человек, – пробормотала спортсменка. – Вероятно, он наставил на Чэда оружие или…

– Прекрати! – крикнул Джек. – Ты же видела его лицо, Линда! Черт возьми, ты видела его ухмылку!

– Я знаю своего сына. Он не мог так поступить.

– Ты его не знаешь, – возразил Джек. – Не обманывай себя, Линда. Никто из нас его не знает.

– На самом деле все не так, как кажется, – упрямо продолжила Линда, обращаясь скорее к самой себе, чем к присутствующим в комнате.

– Неужели? – Ее муж покраснел и махнул рукой на телевизор: – Тогда как ты все это объяснишь? Он смеялся, Линда. Он развлекался за наш счет. – Джек замолчал, будто что-то внутри его мешало говорить. – За мой счет, – уточнил он.

Линда смерила его долгим взглядом.

– Иди тренироваться, Джек.

– Именно этим я и собираюсь заняться.

Гольфист поднял сумку и взглянул на Баки. Тот молчал. На щеке старика блестела слеза. Джек отвернулся и зашагал к двери. Майрон окликнул его:

– Джек?

Колдрен остановился.

– Может, все действительно не так уж просто, – произнес Болитар.

Спортсмен поднял брови:

– О чем вы?

– Я проследил вчерашний звонок похитителя, – объяснил Майрон. – Он был сделан из торгового центра.

Майрон вкратце рассказал им о своем посещении «Гранд меркадо» и о Наци-Красти. Горестное выражение на лице Линды сменилось надеждой, потом растерянностью. Майрон понимал ее реакцию. Ей очень хотелось, чтобы сын находился в безопасности. Но в то же время она страдала от мысли, что история могла оказаться жестокой шуткой. Сложный выбор.

– Он в беде, – заявила Линда. – Теперь это ясно.