После наскоро принятого душа Тристин натянул неофициальный зеленый костюм, небрежно швырнув на койку осточертевшую корабельную форму, и направился в медцентр. Станция по-прежнему воняла пластиком и сорняками, маслянистыми сорняками, и потом задерганных людей. Когда Тристин вошел в медцентр, погребенный на пятом уровне, и доложил о себе, он заметил знакомое лицо.

— Садитесь, Тристин. Придется немного подождать, — и ему иронично улыбнулась майор Ультина Фрейер. Тристин сел.

— Я и не знал, что вы здесь. То есть, в системе Парвати.

— Я давно здесь. Я новый командир «Мисимы».

— Поздравляю.

— Думаю, поздравлять не с чем. Вам здесь изрядно достается.

— Где вы были?

— На Сафрии. К нам заявилась куча тройдов, но отставание по времени означало…

— Отставание?

— Планетоформирование Сафрии завершилось раньше расчетного времени, а работе на Маре не видно конца. Раньше полагали, что Мара более перспективна.

Тристин кивнул, уяснив ситуацию. Ревенант обычно нацеливался на планеты, более готовые к заселению. Но на Маре дело затянулось, а на Сафрии экологи обнаружили скопления замерзшего углекислого газа и воды. Эти залежи скрывались в недрах, они-то и изменили расчеты проектировщиков, которые исходили из данных предварительного исследования планеты.

Но атаки ревячьих кораблей-тройдов планировались тридцать или пятьдесят лет назад, сразу же после свалки в Гармонии. Как же они могли узнать, куда следует бросить основные силы? Разве что их Пророки напророчили…

— Конечно, дела здесь идут неважно, но вы все-таки держитесь, а мы не смогли отстоять Сафрию. Или взять хотя бы заварушку, только что случившуюся в системе Хелконьи…

— Какую заварушку? — голос Тристина дрогнул.

— А вы не слышали? Ревяки послали туда большущий тройд. Как я поняла, их удалось сдержать, но эскадра разведчиков успела напасть на планетоформирующие орбитальные станции, прежде чем их корабли уничтожили. Выпускник из вашей группы, Теканауэ, кажется, майор, возглавила контратаку. И получила Звезду. Посмертно.

Тристин открыл и тут же закрыл рот. Сказать он ничего не мог. Что с Сальей?

— С вами все в порядке?

— Гнусные ревяки, — он сжал губы. Как ему узнать, жива ли сестра?

— Есть способ узнать подробности?

Ультина развела руками.

— Не думаю. У меня там был кузен, но о его судьбе я не смогла узнать ничего. А у вас там кто?

— Моя сестра возглавляла один из биологических проектов. По воздуху из спор.

— Может быть, не все так уж плохо. — Ультина поглядела на него с искренним сочувствием в темных глазах. — Вполне возможно, что она цела и невредима. Мне говорили, станции уцелели. А если так…

— Значит, цел и кое-кто из людей с них, — Тристин облизал губы. — Надеюсь. Очень надеюсь.

— Вы с ней жили дружно? Были близки?

Тристин кивнул.

— Я вам сочувствую. Попробуйте что-нибудь выяснить через администрацию. Иногда они знают. Перемещения кадров и тому подобное.

— Спасибо. Это мысль. — Тристин откашлялся. Салья. Что с ней?

Они подняли глаза, когда появился техник.

— Лейтенант Мацуми?

Коренастый офицер поднялся и последовал за техником.

— Иногда… Иногда я далеко не прочь их всех расколошматить. — Тристин с трудом заставил себя разжать кулаки.

— Сила действует как довод. До известной степени. Однако если другая сторона уцелеет, можно только ухудшить дело, — заметила Ультина.