– Где его подружка? Я ей сейчас башку откручу! – возопила я.

– А хрен ее знает. Вроде поднималась в пеньюаре, попивши молока на кухне.

– Чего попивши?

– Молока. Полина Аркадьевна, вы докторов встретите? Я сказал, что огнестрельное ранение, они прибудут скоро, но с милицией.

– Игорь, я кто ему?

– Никто. Но подвал… Вокруг галереи уже местные менты рыщут. Я вами занимался, не ходом, не обессудьте.

– Что делать?

– Решайте.

– Решать нечего. Духи.

– Какие еще духи?

– Игорь, спрячь меня.

Мне бы залезть в шкаф, а я сдуру выскочила на площадку второго этажа. Запах «Фиджи», запах моего детства и маминого расцвета, запах тогдашнего шика и неразборчивости в себе… Унюхала я ее удачно. Она торопилась через холл к лестнице, а Игорь грубо теснил меня назад. Вмазал в стену и наконец шепнул:

– Забыли? Кладовая.

Верно, забыла и не смогла сразу схватиться за выступ ручки находящейся у меня за спиной двери.

– Не двигайтесь, – крикнул женщине Игорь, – я должен вам кое что сообщить.

Сколько я сантиметров в диаметре? Игорь накачанный парень, но заслонить собой может не все. Он мог больше. Сделал вид, что, пятясь, ввалился в кладовку и моментально выскочил оттуда, разумеется, без меня, прилипалы.

Когда он сказал ей, она завопила так, что мне стало за себя, нечуткую, стыдно. От боли горлом избавлялась не экс , а нынешняя его сожительница. Случись что с Измайловым, я бы тоже так голосила. Но, голося, искала бы в нем признаки жизни. А эта изливала Игорю душу на ступеньках, боясь приблизиться к спальне.

– Я же только на час вышла в сад, – казнилась она, – только на час, голова кружилась, думала, проветрюсь. Потом там что то грохнуло через улицу, я подбежала к воротам… Господи, да что же это, за что?.. Здравствуйте, доктор, идите скорей за Игорем, умоляю, спасите.

Мне оставалось зарыться в какое то одеяло и прореветься. Как долго это продолжалось, не помню. Игорь открыл дверь неожиданно и протиснулся внутрь:

– Полина Аркадьевна, на выход, быстрее. Менты в столовой, проскользните тенью. Мадам уехала с вашим мужем в больницу. Он плох, скрывать не буду. Очень. Операция, реанимация и везение ему нужны. Выбирайтесь через калитку позади коттеджа и неситесь вперед и прямо. Там вас ждут. Быстрее, сейчас обыск начнется.

– Игорь, я завтра сюда вернусь.

– Насовсем?

– Нет.

– Позвоните мне, идет? Лаком не пользуйтесь.

– Позвоню, спасибо тебе за все.

Однако мимо распахнутой столовой тоже надо было пробраться под аккомпанемент недовольно глуховатого голоса Сергея Балкова. Я была в панике. Извини, Сережа. Куда люди реже всего смотрят? Да пол. Поэтому я преодолела препятствие по пластунски, не посмев оглянуться на Игоря. Видел бы это Вик, он бы меня повесил.

«Там вас ждут»… Что Игорь имел в виду? Позади забора тянулся довольно глубокий овраг, дальше березовая аллейка, потом… Да, дорога. Все таки, кто меня встретит? Оступаясь, я оттаскала землю за волосы жухлой травы и кое как выкарабкалась из оврага. С козочкой меня никто бы не сравнил. Отборно стройную, изящную, высокую березу бросил без поддержки плечом курящий мужчина. Я застыла в готовности юркнуть обратно в природой созданный окоп.

– Полина!

– Валера! Я так рада. Какими судьбами?

– Игорь вызвал. Срываемся, Поля, тут опасно.

В машине он обиженно молчал. Но и десяти минут не вытерпел:

– Почему ты предприняла эту вылазку без меня?

– Я хотела посмотреть мужу в глаза, попытаться объясниться, пока не втравила некоего Крайнева. Не злись, я, правда, старалась тебя от лишней грязи чужой бытовухи избавить.