— Не думай плохо о своей матери, Билли Рэй. — Приглаживая на ходу волосы, в комнату вошел Гарольд, одетый в привычные джинсы и клетчатую рубашку. На ногах у него были только носки. Он опустил взгляд, заметил под журнальным столиком свои потерявшиеся сапоги и задвинул их подальше, с глаз долой. — Она прекрасная женщина. И у меня честные намерения. Мы собираемся пожениться.

— Но не сразу, — перебила его Марта. — Не хотим пропустить твою свадьбу.

Гарольд посмотрел на Марту серьезными карими глазами, подошел к ней и обнял за талию.

— Прости, дорогая. Я знаю, что ты хотела обсудить это с Билли Рэй наедине. Но не могу допустить, чтобы ты одна это расхлебывала.

Какие нежные и милые слова… Это была именно та поддержка, в которой нуждалась мама. У Билли на глазах выступили слезы облегчения и радости. Ей так много пришлось пережить в одиночку: смерть отца, гибель Джейка, работа на ранчо, беспокойство о матери. Приятно знать, что кто-то теперь позаботится о маме. Билли была рада за них. Она давно уже не видела маму такой счастливой.

Но, видя их любовь, она почувствовала себя еще более одинокой. Глубокая печаль охватила ее душу. Билли тосковала по сильным рукам, способным ее поддержать, по мужчине, в которого она могла бы влюбиться по-настоящему… и взаимно. Вздохнув, Билли расправила плечи. Она выживет… хотя придется выжить без этого. Потому что Нику она не нужна.

— Если это сделает тебя счастливой, мама, — сказала она, и ее сердце сжалось от наплыва чувств, — то я ужасно за тебя рада. Правда.

Билли подкрепила свое заявление, громко чмокнув маму в щечку и дружески обняв пожилого фермера.

— Не знаю, как вы, но мужчина в этом доме точно может помереть с голоду, — кашлянув в кулак, сказал Гарольд.

— Ой, нет, не помрешь, — рассмеялась Марта. — Мы тебя накормим. — Она подмигнула Билли. — Если ты накроешь на стол, Гарри.

Он посмотрел на Марту, затем перевел взгляд на Билли, словно ожидая от нее помощи.

— Я не хочу раскокать все ваши тарелки. Билли улыбнулась, на сердце у нее полегчало.

— Больше, чем Джейк, все равно не разобьешь. Привыкай к нашему укладу. У нас тут равноправие. Даже в отношении готовки.

— Готовки? — Мужчина судорожно сглотнул.

— Мы не заставим тебя делать что-то сложное поначалу. Может, пару котлет поджарить. Ну а пока, если тебе так удобнее, можешь пользоваться одноразовой посудой. Она в буфете за холодильником.

Гарольд нахмурился, а женщины дружно расхохотались.

После позднего завтрака, состоявшего из яичницы с ветчиной и поджаренного хлеба, Билли встала из-за стола и швырнула пустую тарелку в мусорное ведро.

— Спасибо, мам. Было вкусно. А теперь пойду посмотрю, что тут без меня наворотили.

— Уверен, что все в порядке, — сказал Гарольд. — Но жаль, что мой сын не сумел поладить с твоим женихом. Он трудный человек. Конечно, я говорил сыну, чтоб он не лодырничал. Но бывают моменты, когда мужчина не может больше поступаться своей гордостью.

И женщина тоже, подумала Билли. Дуг не только трудный человек, и жених он тоже непростой. Между ее бровями залегла морщинка.

— Как твой сын? Дуг сказал, что его боднул бык.

— Ничего страшного. Всего лишь здоровенный синяк. Они с твоим женихом встали не с той ноги и не сошлись во мнениях, как надо управлять ранчо. Ну и мой парнишка вспылил немного.