— Хорошо вы во всём этом разбираетесь, — признался Семен.

— Да, я тут, на заводе, с семнадцати лет. Начинал слесарем, потом мастером. Заочно кончил институт. Так что, знаю всё досконально.

— С директором тоже давно знакомы?

— Антон Александрович мой учитель. Ему я обязан всем.

Уже дома, вечером, Шлыков размышлял над всем увиденным: "Если всё так чётко у них поставлено, если все изделия делают штука в штуку, то откуда появилась та партия лишних зарядов? В Ингушетии взорвали штук триста, потом на складе в Назрани нашли шестьсот. Это почти тысяча. Непонятно. Очень непонятно".

ГЛАВА 23

По совету Колодникова Астафьев в этот день с утра отправился в ГАИ. Из автоинспекторов он к этому моменту знал только одного — Леонида Голода. Получилось так, что они устраивались на работу в один день, так, обходя кабинеты, и познакомились.

Около здания ГИБДД было, как никогда много людей в синей форме. Там как раз шла пересменка. Юрий нашёл Голода, тот быстро вывел его на начальство автоинспекции. Так что, вскоре молодого опера просвещали чуть ли не всем коллективом.

— Ну, внедорожников у нас в городе сейчас не так много. «Джип-Чероки», это наверняка Коля Соколов, — начал вспоминать Ренат Рашидов. — Сволочь та ещё. Молодой, да борзый. В зоне не сидел, но канает под авторитета.

— «Нива», это Куликов, Сашка. Тоже кадр ещё тот, — подтвердил Николай Кучков. — Борзый.

— Рыбак заядлый.

— И охотник.

— Да все трое охотники. Для зайцев у них вся эта иллюминация сверху. Ночью гоняют их по полю, стреляют вдогонку, — подтвердил Голод.

— А ты откуда знаешь? — спросил Юрий.

— Да я ж сам охотник, видел, как они это делают. Да и сам так же охотился. Только на «Запарожце», горбатом. Снимали дверь, ставили фары, и били зайцев ни чуть не меньше, чем эти козлы.

— А третий кто? — спросил Юрий. — С РАФ-4?

— Порфирьев Анатолий, — этого знал сам Караваев, -

Я учился с ним вместе, в параллельном классе. Тоже из бизоновских. Он сидел раз, или два…

— Один. Второй раз его отмазали, получил условно, — прервал его Николай Кучков. Его тут же поддержал мордастый старшина.

— Любит кататься в сиську пьяным. Одного уже задавил.

— За это и отмазался. Ему тогда даже пришлось продать тонер на рынке, — дополнил биографию владельца «Тойёты» Кучков.

— Ага, точно.

Переписав фамилии автовладельцев Астафьев отправился в ещё одно место, подсказанное ему старшими товарищами. То, что они оказались правы, он понял сразу, как только увидел выезжающий из ворот автосервиса «Джип». Это был именно тот внедорожник, что постоянно встречался ему на пути, в том числе и вчера вечером. Это подтверждал и номер, подсказанный автоинспекторами, и вся увесистая гирлянда фар наверху. Лица водителя Юрий не увидел, мешала густая, чёрная тонировка. Проводив ненавидящим взглядом внедорожник, Астафьев прошёл дальше, во двор. На ходу он размышлял о том, к кому обратиться с просьбой о содействии в его непростом деле, к самому хозяину, Леониду Пчельнику, бывшему гаишнику, или пройтись по слесарям. Но, первый человек, которого Юрий увидел во дворе автосервиса, был ни тем, ни другим, зато очень близким знакомым опера. Вадик Долгушин был одноклассником Астафьева, и самым близким другом Юрия.