На лестничной площадке старушка божий одуванчик встретила меня, разодетую в пух и прах. Она смачно плюнула в мою сторону и прошипела себе под нос:

— Тьфу, етитская сила! Развелось тут вас, гомиков, не продыхнуть.

Продвинутая бабуля, весьма здраво рассуждая, все же посторонилась.

— Слышь, Игорек, — елейным голосочком пропела бабуля, когда я благополучно ее миновала, — решили тута посадить дилехтура подъезда. Дык это, деньги надоть.

Она протянула старческую грабатку за деньгами.

Пробормотав что-то невнятное, я каскадом сверзлась с лестницы, услышав за собой дребезжащий старческий голосок:

— Козлы! Деньжишши гребуть лопатой, а как на нужды отвалить — так Марь Ванна. Тьфу, сатана, чтоб тебе провалиться!

Получив напутствие Ивановны, я приободрилась — где наша не пропадала! — и выскочила на улицу. Прошествовав до шоссе, я томно подняла руку, имея в кармане пять рублей мелочью. На что конкретно я надеялась, известно лишь богу. «Москвичи», «Жигули», «Волги» и старые иномарки меня стойко игнорировали. Наверное, для них я была птицей слишком высокого полета. Наконец, возле меня притормозил «Мерседес». За рулем сидел бритоголовый дядечка.

— Леди, вы желаете развлечься? — обнажив половину от нормального количества зубов, поинтересовался дядечка.

— Гони, водила, в «Очко», — так оригинально называлось лучшее казино нашего города.

Водила захлопнул пасть, уяснив, что со мной шутить не следует. «Мерседес» отчаянно рванул с места и вскоре затормозил возле центральной развлекаловки нашего сити. На протяжении всей дороги дядька пытался выяснить основные факты моей биографии. В конце концов мне это надоело, и я заявила, что мужчин не люблю в принципе, а свободное время предпочитаю проводить в обществе очаровательных девочек. Машина затормозила. Щербатый с отвратительной ухмылкой на толстом лице наблюдал за моими попытками проникнуть внутрь.

— Мадам, «Очко» работает с четырнадцати. Еще рано. Может, измените своим привычкам и скоротаете время в компании одинокого холостяка? — поинтересовался беззубый.

Какое нахальство! Приглашать меня, порядочную девушку, в сомнительную компанию. Я хотела было послать наглеца по одному известному адресу, но вовремя вспомнила, что нахожусь на задании, мило оскалилась и заявила:

— Отвезите меня, пожалуйста, в городской клуб гомосексуалистов.

— В «Креветку», что ли? — спросил дядька. — Тактам не только гомики, там и трансвеститы, и твои розовые подружки. Слушай, а может, ты и не баба вовсе?

— Вам видней, — демонстрировала я наличие всех зубов.

Дядька крякнул, но спорить со мной не решился. В полном молчании мы проделали путь до центра падших личностей.

— Я вам что-нибудь должна? — с очаровательной улыбкой я обратилась к потенциальному клиенту стоматолога.

Дядя лишь моргнул и, влупив по газам, рванул с места, давая фору Шумахеру. Гнездо разврата оригинально называлось «Голубая креветка». Стуча зубами и коленями, я распахнула тяжелые двери.

Помещение «Креветки» встретило меня полумраком и легкой музыкой. На часах стоял охранник.

«Какой-то он хлипкий, — подумала я, окидывая взглядом сторожа, — да и зачем он здесь нужен? Неужели кто-то всерьез задумал похитить самого очаровательного гомика в городе? Пользы никакой, а нервная система страдает». Сделав такой вывод, я вознамерилась проникнуть в недра клуба.

— Простите, леди, вы пришли отдохнуть? — писклявым голосом осведомился субтильный охранник.