— Пенангвели действительно был излишне мягок с Соландером Артисом, — согласился Даари. — Я всегда был этого мнения.

— Так как же нам все-таки во всем разобраться? — спросил Фареган.

Хотя Фареган почти двадцать лет состоял в Безмолвном Дознании, в Триаде Дознавателей он находился на своем посту всего три дня, а потому все же не осмеливался что-либо категорично утверждать. Омви старался не раздражаться на него — ведь когда-то и он был новичком.

— У нас есть несколько вариантов, — произнес он. — Все будет зависеть от хода дальнейшего расследования. Очевидно, нам нужно выяснить, с кем он тесно контактировал и с кем вступали в контакты его люди. Полагаю, что заключительная часть операции будет достаточно масштабной. Наша задача — завершить ее без лишнего шума и по возможности незаметно. В конце концов у нас теперь имеются доказательства его слов и действий, свидетельствующих о причастности к антигосударственному заговору. Его можно обвинить в даче ложных сведений и подстрекательстве помощника ко лжи. Кроме того, мы связали его с еще одним сомнительным решением Пенангвели. В последние годы старик часто проявлял недопустимую мягкотелость.

— Значит, нам нужно схватить Соландера немедленно, чтобы он не успел бежать?

Судя по всему, Даари был серьезно обеспокоен.

— Нет. Вчера он намеренно исказил результаты расследования и поэтому можно обвинить его в участии в заговоре и сокрытии сведений, имеющих жизненно важное значение для Империи. Но он не знает, что нам уже известно об этом, и полагает, что находится вне подозрений и, соответственно, вне опасности. Ему потребуется не менее пары дней, чтобы получить наличные деньги и подыскать место, в котором он мог бы спрятаться и убедиться в том, что все люди, которым он доверяет, также находятся в безопасности. Мы же тем временем еще раз уточним список тех, с кем он в последнее время активно контактировал. Если Артис внезапно исчезнет, все они также могут разбежаться в неизвестном направлении. Будем отслеживать теперь каждый его шаг и постараемся не дать ему уйти. — Пальцы Омви забарабанили по деревянной столешнице. Он посмотрел на свое отражение в ее блестящей поверхности и добавил: — Два дня дадим мы погулять ему на свободе. Те, с кем он не встретится за эти два дня, никакого интереса для нас не представят.

— А те, с кем он уже успел связаться?

— Единственный, с кем он виделся, — Геллас Томерсин. Его уже проверяют. Предстоящую операцию следует провести молниеносно, чтобы сразу же арестовать всех подозреваемых и ту же приступить к их допросам. Я не до конца уверен в том, что Артис и Томерсин как-то связаны друг с другом, однако чутье подсказывает мне, что их детская дружба по-прежнему остается достаточно крепкой.

Он положил руки на стол перед собой, усилием воли заставляя пальцы лежать неподвижно. При мысли о том, что добыча скоро окажется у него в руках, сердце начинало ускорять ритм, а мышцы слегка подергиваться. Он уже мечтал о большом «улове», который был бы покрупнее, чем Кружок Друзей Свободы, раскрытый в свое время Пенангвели, когда он второй год возглавлял Триаду.

Омви с трудом заставлял себя спокойно сидеть в кресле. Хотелось рывком вскочить, бегать по комнате, кричать, пинать ногами мебель, а вместо этого приходится сидеть и выглядеть спокойным, благоразумным, способным все держать под контролем.

Раздался стук в дверь. Наверняка это кто-то, допущенный на высший уровень, однако прекрасно понимающий, что Триаде нужно дать время, чтобы она успела убрать свидетельства своей деятельности. Трое Магистров переглянулись, кивнули, и Фареган, самый младший из Триады, поднялся и пошел открывать дверь.

— Агент Джетис? У вас какие-то срочные новости?

— Как вам сказать… Видимо, да.

Фареган жестом пригласил его войти, затем поклонился Омви.