Члены жюри впоследствии рассказали нашему корреспонденту, что в своем решении признать Гладдена виновным присяжные полагаюсь почти исключительно на фотографии из-за того, что двое представлявших интересы детей адвокатов оказались дискредитированы защитником Гладдена за их методы работы с детьми, якобы побуждавшие жертв свидетельствовать против обвиняемого.

После оглашения приговора Гладден получил 70 лет тюрьмы, которые ему предстояло провести в Объединенном исправительном учреждении в Рейфорде.

В тюрьме Гладден, уже имевший образование в области английской литературы, изучал поэзию, психологию и право. Похоже, наибольших успехов он достиг как раз в области права. Осужденный за домогательства быстро достиг квалификации тюремного юриста, помогал другим осужденным составлять апелляции, одновременно работая над собственной.

Среди его наиболее видных «клиентов» оказались осужденные за преступления на сексуальной почве Донел Форкс, известный как «насильник с наволочкой» из Орландо, а также бывший чемпион Майами по серфингу Аллан Джаннин и гипнотизер из Лас-Вегаса Гораций Гомбл. Все трое отбывали длительные сроки за многочисленные изнасилования, и за время, проведенное в тюрьме, Гладдену не удалось выторговать им свободу или хотя бы устроить новые судебные процессы.

Однако, судя по словам Хоунчела, после года заключения Гладден сумел детально проанализировать обвинение по собственному делу и найти в нем уязвимое место.

Хоунчел пояснил, что обнаруживший фотографии офицер полиции Раймонд Гомес появился в доме Гладдена, находясь в ярости после признании его пятилетнего сына о приставаниях со стороны мужчины, одного из работников детского центра.

Постучав в дверь и не услышав ответа, этот закончивший несение службы офицер открыл дверь и вошел в дом, по его словам, оказавшийся незапертым. Позже, на слушаниях, Гомес под присягой заявил, что обнаружил фотографии разбросанными на кровати. Быстро покинув дом, он сообщил о находке детективам, получившим в дальнейшем официальное разрешение на обыск.

Вернувшись в дом позже, тем же днем и с ордером на обыск, полиция арестовала Гладдена, обнаружив фотографии спрятанными в туалете. На суде Гладден настаивал, что, покидая жилище, вовсе не оставлял дверь открытой и что фотографии не были разбросаны по кровати. Кроме того, утверждал он, независимо от двух этих обстоятельств появление Гомеса в доме явилось нарушением его конституционных прав на защиту от незаконного обыска и посягательства.

Суд тем не менее счел действия Гомеса скорее поступком отца, нежели офицера полиции. Суд не признал нарушением конституционных прав случайное обнаружение фотоснимков.

Впоследствии апелляционный суд, назначенный по требованию Гладдена, утверждал, что Гомес, в силу собственных, полученных во время работы в полиции знаний, не мог не понимать смысла производимых им действий и знал о необходимости получить ордер. Позже Верховный суд штата Флорида отказался аннулировать это решение апелляционного суда, открыв Гладдену дорогу к новому разбирательству, в котором фотографии не считались юридически значимым доказательством.

Столкнувшись со сложной задачей выиграть дело при отсутствии ключевой улики, власти приняли заявление Гладдена о добровольном признании вины в непристойном поведении по отношению к ребенку.

Максимальным наказанием за преступление такого рода считается пять лет тюрьмы и еще пять лет полицейского надзора. К этому моменту Гладден отсидел в тюрьме тридцать три месяца, и такой же срок ему скостили за хорошее поведение. В итоге, получив максимальное наказание по принятому обвинению, он покинул суд свободным человеком, если не считать серьезным ограничением надзор полиции.

— Это был настоящий спурт в попытке избежать правосудия, — вспоминает бывший прокурор Хоунчел. — Мы знали, что он преступник, но не имели права использовать попавшие к нам улики.