Изменить размер шрифта - +
Вообще, вы сегодня странно себя ведете, Еще не поздно…

– Ингрид!

– Перестаньте, Лин! У меня нет никакого желания тащиться три километра пешком под руку со своим добродетельным и трусливым супругом или стать всеобщим посмешищем, спускаясь в фуникулере. Я иду переодеваться. В вашем распоряжении десять минут, чтобы подумать. Если вы все это делаете против своей воли, то еще есть возможность…

– Хорошо, – сказал Крэгг, – сейчас смажу ваши лыжи…

 

x x x

 

… – Согласен ли ты взять в жены эту женщину?

.. . обрыв был всего в нескольких метрах. Она поняла, что тормозить уже поздно, и упала на левый бок…

– Да.

– А ты согласна взять себе в мужья этого мужчину?

– Согласна.

– Распишитесь…

Церемония окончилась.

– Ну? – прикрепляя лыжи, Ингрид снизу взглянула на Крэгга. В ее глазах был вызов. – Вы готовы?

Крэгг кивнул.

– Поехали!

Ингрид взмахнула палками и вырвалась вперед…

Крэггу казалось, что все это он уже однажды видел во сне: и синевато‑белый снег, и фонтаны пыли, вырывающиеся из‑под ног Ингрид на поворотах, и красный шарф, полощущий на ветру, и яркое солнце, слепящее глаза.

Впереди одиноко маячила старая сосна. Ингрид мелькнула рядом с ней. Д_а_л_ь_ш_е в с_н_е_г_у д_о_л_ж_е_н б_ы_л т_о_р_ч_а_т_ь п_е_н_ь.

… Объезжая пень, она резко завернула влево и потеряла равновесие…

Ингрид вошла в правый поворот. В правый! Крэгг облегченно вздохнул.

– Не так уж много пней, – крикнула она, резко заворачивая влево. – Все ваши страхи… – Взглянув на ехавшего сзади Крэгга, она потеряла равновесие. Правая лыжа взметнулась вверх.

Крэгг присел и, оттолкнувшись изо всех сил палками, помчался ей наперерез.

Они столкнулись в нескольких метрах от обрыва.

Уже падая в пропасть, он услышал пронзительный крик Ингрид. Дальше весь мир потонул в нестерпимояркой вспышке света.

– Вот ваша газета, доктор Меф, – сказала служанка.

 

x x x

 

Эзра Меф допил кофе и надел очки.

Несколько минут он с брезгливым выражением лица просматривал сообщения о событиях в Индо‑Китае. Затем, пробежав статью о новом методе лечения ревматизма, взглянул на последнюю страницу. Его внимание привлекла заметка, напечатанная петитом и обрамленная черной каймой.

В номере гостиницы курорта Пенфилд скончался известный ученый‑филолог, профессор государственного университета Дономаги, доктор Лин Крэгг. Наша наука потеряла в его лице…

Меф сложил газету и прошел в спальню.

– Нет, Мари, – сказал он служанке, – этот пиджак повесьте в шкаф, я надену черный костюм.

– С утра? – спросила Мари.

– Да, у меня сегодня траур. Нужно еще выполнить кое‑какие формальности.

– Кто‑нибудь умер?

– Лин Крэгг.

– Бедняга! – Мари достала из шкафа костюм. – Он очень плохо выглядел последние дни. А вы его вчера даже не проводили!

– Это случилось в Пенфилде, – сказал Меф. – Кажется, он поехал кататься на лыжах.

– Господи! В его‑то годы! Вероятно, на что‑нибудь налетел!

– Вероятно, если исходить из представлений пространственно‑временного континуума. Ах, Сатана!..

– Ну, что еще случилось, доктор Меф? – спросила служанка.

– Опять куда‑то задевался рожок для обуви! Вы не представляете, какая мука – натягивать эти модные ботинки на мои старые копыта!

Быстрый переход
Мы в Instagram