— Копали же пулеметы, нормально они уходили. — Моё замечание про срок, явно не впечатлило товарищей.

— Так-то были гнилые железяки, а тут практически готовый к стрельбе ствол. Да ещё с боекомплектом — срок сто процентов. Надо его ментам сдать.

— Ага, а они тебя на заметочку, ипри каждом кипише, подтягивать будут. Проще зарыть обратно и забыть.

— Ладно, пойдёмте к Ане, там решим что делать. У нас ещё мотоцикл до конца не поднят.

Супруга моя была там же, где мы её и оставили, сидела на старом срубленном пне и держала в руках что-то завернутое в тряпочку.

— В отвале нашла, без детектора даже, — протянула она находку.

Это оказалась не тряпочка, а полуразвалившийся кошелёк, с большими, белыми монетами. На аверсах красовались германские орлы. Рейхсмарки, достал одну — 1935 год. Подкинул кошель в руке.

— Грамм триста серебра! Добавка к золоту. Умница, вот что значит зрение хорошее, — я смотрел на жену и улыбался, зрение у неё было минус пять, только линзы спасали.

— Давайте поужинаем, и подумаем, что нам со всем этим делать.

Глава 4

Вернувшись к машине, и быстро раскидав нехитрую снедь по тарелкам, сели есть. У каждого в руках было что-то, что он в перерывах между взмахами ложкой, сосредоточено рассматривал и натирал.

После еды, я достал из машины коробку и бросив её перед столиком, попросил всех сдать находки в общак.

— А пулемет? — Спросил Леонид.

— Себе оставь, взрослый вроде мальчик, полста лет скоро, чего я тебя уговаривать буду. Тормознут менты, твоя машина, — твой ствол. Я конечно мог повлиять, но почему-то казалось, что пулемет нам пригодится, причём не для продажи, а как оружие. На душе было неспокойно. Из головы не выходил тот тип на дороге, позавчера я увеличил изображение, но лучше видно не стало, он смотрел как-то исподлобья, да и регистратор честно сказать, — г. но. Мы с Аней стали собирать лагерь, а парни пошли прятать шурф с мотоциклом, ведь и сам аппарат, а это был BMW R75, представлял собой немалую ценность, ну и толстый немец еще был под ним, верхнюю часть достали, а низ зажат коляской. Вроде, мы его тогда хорошо обыскали, но вполне могли что-то пропустить, нам ведь что нужно было? Поесть да пострелять, а награды, личные вещи и прочее барахло — ни к чему.

Завалив шурф ветками и листвой, Олег пошёл к нам, а Леонид вернулся за пулеметом. Состояние у него действительно было отличное, завёрнутый в промасленную тряпку, он все это время провёл в сухом песочке, так что даже ржавчины на нём почти не было. Вполне вероятно, что и без особой чистки, он был готов к стрельбе. Хотя MG-34 достаточно чувствителен к загрязнению механизмов, так что разобрать и почистить все же надо. Патронов не много, штук двадцать. На пару очередей, ну мы ж не воевать все-таки собираемся.

Обратная дорога прошла без приключений, забрав из машины ящик с находками, мы с Аней поднялись в квартиру, а ребята поехали к Ювелиру, это наш общий знакомый, еще с советских времен собирает оружие, разбирается в нем, и может что-то посоветовать по чистке и дальнейшему использованию пулемета. Работаем мы с ним рядом, у меня магазинчик, у него ювелирная мастерская, но мужикам не терпится. Не хотят ждать понедельника, они вообще по оружию убиваются. Даже на копе, поднимут ржавый наган какой-нибудь, и обнимаются с ним полдня.

Повернув ключ в замочной скважине, зашли в квартиру, там нас ждала тишина и запустение, непривычно, чего-то не хватает. Обычно дети встречают, кричат, суета вокруг, а тут тихо, спокойно, что даже не по себе как-то. Вспомнив про перстень, и подождав, пока супруга выйдет из ванной, закрылся там сам, и, достав его, стал внимательно рассматривать. Серебро, проба, наверное, ближе к восьмисотой.