— Но сперва поделилась с тобой: вытащила из номера посреди ночи, рассказала обо всем — и ждет, что ты после этого отпустишь ее одну? Ага, ага. Да она пытается сыграть на твоих чувствах, чтобы ты сама вызвалась составить ей компанию…

— Никуда она меня не звала, — ответила я. — Я сама ее выследила.

Пейдж выбралась из машины и с вызовом посмотрела на Клея:

— Это только мое дело, Клейтон. Помощи я не прошу и принимать ее не намерена.

— Да ты чокнулась, что ли? — Он подбежал к девушке, чтобы отобрать у нее ключи, но она попятилась. Клей остановился и вытянул руку: — Отдай ключи, Пейдж. Никуда ты не поедешь.

Она перевела взгляд с него на меня, оценивая шансы на побег.

— Дохлый номер, — предостерегла я. — Нас как-никак двое. Мы быстрее тебя и сильней. Так что останешься здесь, если только у тебя не припасено на такой случай какое-нибудь убойное заклятие.

И все-таки Пейдж едва не пустилась наутек, но из кустов за ее спиной выступил Джереми. На миг она застыла в нерешительности, а потом плечи ее поникли, пальцы разжались, и ключи упали на асфальт.

— Пойдемте в мотель, — сказал Джереми. — Поговорим там.

— Я обязана спасти Саванну, — заявила Пейдж, когда мы вошли в наш номер. — Вам не понять: как я уже сказала Елене, это наши ведьмовские дела.

— Мы знаем, как вы беспокоитесь за девочку… — начал Джереми.

Пейдж резко повернула голову:

— Беспокоюсь? Да я в ужасе. — Покопавшись в блокноте, она ткнула пальцем в какую-то страничку. — Вот, здесь перечислены все паранормальные явления, которые произошли в ночь побега. Я разделила их на две группы: какие-то мог вызвать колдун, какие-то полудемон-телекинетик. Группы частично совпадают, но «ничейных» явлений не остается. Какова, по-вашему, вероятность, что колдун и полудемон независимо друг от друга решили устроить переполох? Конечно, могло быть и так, что один начал, а другой подхватил, но я в этом сомневаюсь. Они работают в связке.

— Допустим, — произнесла я.

Пейдж переводила взгляд с лица на лицо:

— Видите? Ничего вы не понимаете.

— Тогда попробуйте нам объяснить, — попросил Джереми.

Девушка вздохнула:

— Колдуны ненавидят нас, ведьм. Соответственно, мы их тоже. Между нашими расами установилась самая жестокая вражда в истории сверхъестественных существ. Мы почти как Хэтфилды и Маккои, с той разницей, что в нашем случае агрессия исходит лишь с одной стороны — от колдунов. Ведьмы для них — уродливое напоминание о… — Она опять сделала глубокий вдох. — Впрочем, урок истории вам сейчас ни к чему. Но поверьте мне, это правда. Лия объединила усилия с Катценом, а убийство скинула на Саванну. Значит, у нас неприятности, и серьезные. Чего они хотят добиться, мне неизвестно, но я твердо уверена: девочка в опасности. Уинслоу и его пособники лишились двух оборотней сразу, а их тюрьме нанесен колоссальный ущерб. А на кого падет вина? На маленькую ведьму. Ведь Лия прямым текстом сказала тебе, что это дело рук Саванны.

— Не станут они убивать Саванну, — возразила я. — Слишком она важна для них.

Однако я и сама уже засомневалась. Бауэр и Кармайкл мертвы, из начальства остались только Уинслоу да Матасуми. Ученому девочка нужна живой, но он фактически бессилен. Главный теперь тот, у кого деньги — проще говоря, Уинслоу. Мне вспомнилась случайно подслушанная беседа Матасуми и Катцена (или кто там был с профессором). Уинслоу уже тогда стал наводить повсюду свои порядки, самостоятельно подбирая кандидатов в заключенные.