— Друзья, — сказал Солдат, — какой ужасный день.

   Спэгг кивнул, оглядывая товарища с ног до головы.

   — Да уж, тебя здорово потрепало. Только взгляни!.. Меч побит не хуже сковородок моей мамочки, одежда в сплошные лохмотья превратилась, а в волосах пыль с доброй половины материка собралась, остальная — к лицу прилипла. Тебе неплохо бы желудок прочистить. Я бы предложил еще и молоденькую дамочку в придачу, но знаю тебя и твои странные принципы — для жены себя бережешь или как ты это там называешь…

   Солдат покачал головой:

   — Да уж, повеселился на славу. Если говорить по правде, я бежал. Бежал с поля боя. Настоящий воин остается с товарищами и погибает в бою со своим шатром. А я бежал.

   — Битва была проиграна, командующий пал, все закончилось, — твердо возразил Голгат. — Не терзайся. Никому бы ты не помог, если бы остался на поле, когда варвары добивали раненых. Назови это отступлением.

   — И все же я бежал.

   — Знаешь, тебе неплохо было бы отдохнуть, — сказал Голгат. — Нам всем сейчас несладко. Одно утешение — город не сдался. Канал все еще открыт. Я по нему и выбрался. Брат назвал меня трусом, но я все равно поехал, потому что знал: если ты жив, тоже направишься сюда.

   Солдат по-дружески сжал его кулак и отвел взгляд.

   Вконец измотанный, он откинулся на тахту в углу комнаты и разрешил Спэггу снять с него доспехи.

   — Пару ночей назад мне по пути встретился один человек. На дороге в Карфагу.

   — И что? — спросил Голгат.

   — Я заглянул в его лицо, освещенное лунным светом, когда мы миновали друг друга. Я не сразу понял, в чем дело. А когда понял, было поздно — началась песчаная буря. Похоже, он тоже кое-что заподозрил, даже раньше меня, потому что развернулся и стал возвращаться.

   Спэгг глядел на Солдата, разинув рот. Голгат кивнул.

   — И что вы оба увидели?

   — Это был призрак, — осенило Спэгга, — он хотел сожрать тебя.

   — Нет. Голубые глаза. У него были голубые глаза.

   — А я думал, что ты в этом мире один такой голубоглазый, — сказал Спэгг. — Ты хочешь сказать, что незнакомец прибыл из твоего мира?

   — Не знаю, — устало ответил Солдат. — Если да, то мы враги. Я не могу этого объяснить, я просто чувствую, уверен. А теперь мне надо поспать. Простите, друзья, я столько дней…

   Предложение он не закончил. Спэгг укрыл Солдата одеялом и приложил к губам палец, но Голгат и сам понял, что лучше не шуметь. Гутрумитский воин вышел из комнаты и направился вниз, чтобы выпить и поразмыслить, что к чему.

   Ястреб камнем падал на Ворона. Черная птица резко свернула в сторону и бросилась вниз, к волнам. Дул сильный ветер, и высокие волны катились по беспокойному, белому от пены морю. Внизу было небезопасно: у самой поверхности охотились хищные рыбы. Они выпрыгивали из воды, хватая птиц на лету. Ворон частенько видел, как это происходит. Чайки и глупыши исчезали в глотках акул и морских щук. Глядишь, вот он, летит свободный и вольный, а в следующий миг его уже утащили под воду и съели.

   Ястреб вырулил из траектории падения и взмыл вверх, держась над Вороном, но теперь не торопясь нападать.