― Когда в шестьдесят четвертом году мать Сьюзан Верити, Дженнифер, обручилась с Полом Верити, она скрыла один важный факт от своих родителей. Он был преступником, имевшим несколько обвинительных приговоров за кражу и нападение. Пол Верити поклялся, что исправится, и сначала казалось, что так оно и есть, он держался на работе на местном лесном складе, когда родилась его единственная дочь Сьюзан. После шокирующего исчезновения Сьюзан он бросил свою работу и начал встречаться со старыми дружками. Вскоре Пол снова влип в проблемы и был приговорен к одному году тюрьмы за серию взломов. Вскоре после его возвращения из тюрьмы преждевременно скончалась его жена. Коронер назвал в качестве причины хронический алкоголизм.

― Он говорит так, будто намекает, что ее смерть могла быть вызвана чем-то другим, ― заметила Хелен.

― Пол Верити никогда публично не высказывался об исчезновении своей дочери и отказался обсуждать события этого дня с нашей программой. Он не подтверждал и не опровергал, что в то утро, когда Сьюзан в последний раз покидала свой дом, разразился громкий спор, соседи сказали нам, что слышали из дома крики и серию стуков и ударов. Пола Верити в тот день не было на работе, и он так и не рассказал, где находился.

― Тогда, должно быть, он это сделал, ― заметил Брэдшоу. ― Это конкретное доказательство того, что он убил свою собственную дочь.

Его слова были полны сарказма.

― Да, минуту назад это был фермер, ― сказал Том. ― Теперь отец. Мне интересно, кто следующий?

Репортер ответил на вопрос Тома десятиминутным сюжетом о группе известных северо-восточных педофилов, которые контактировали друг с другом в середине-конце семидесятых, прежде чем залегли на дно из-за внимания полиции. По крайней мере, двое из них убивали детей, и ни у одного из них не было алиби на время исчезновения Сьюзан. Один из них был другом Эдриана Уиклоу, поручившимся за того в самые первые дни расследования, когда ни один из них не был известен полиции и не подозревался ей.

Затем программа использовала простую карту, составленную с помощью компьютерной графики, показывающей расстояния и углы возвышения, чтобы продемонстрировать, как маловероятно, чтобы пожилая свидетельница, Лилли Боуэс, ныне покойная, могла точно узнать человека, который, как позднее утверждали, был Эдрианом Уиклоу.

Хелен, Том и Йен досмотрели оставшуюся часть документального фильма. В нем продолжали выдавать необоснованные теории, слухи и полуправду, как причины, почему вероятным убийцей Сьюзан Верити не мог быть Уиклоу.

― Они дурят всем мозги, ― сказал Том, которого программа не впечатлила.

Последнее слово досталось репортеру.

― Одно можно сказать наверняка. Возможно, мы никогда не узнаем правду о том, что произошло в тот день, и не узнаем настоящую судьбу бедной, несчастной Сьюзан Верити.

― Хоть напоследок он говорит, что-то умное, ― произнес Брэдшоу, когда пульсирующая музыкальная тема возвестила о конце передачи.

― Больше вопросов, чем ответов, ― сказала Хелен.

Том был раздражен.

― Все эти утверждения о некомпетентности полиции, весь этот треп о раскрытии правды, а затем в конце они признаются, что ни черта не знают. Это не журналистика, это сплетни.

― Так что дальше? ― спросила Хелен.

― Нам стоит начать с начала и беспристрастно. Давайте поговорим в деревне со всеми, с кем можем, кто может пролить свет на это дело, ― Том повернулся к Брэдшоу. ― Что с документами по делу?

― Их тонны, ― детектив рассказал им о комнате, забитой папками. ― На самом деле я подумал, что Хелен может...

― Ох, спасибо, ― сказала она.

― ...так как ты хороша в исследованиях, ― объяснил он, чтобы задобрить ее.

― Он прав, ― сказал Том. ― У тебя есть сверхъестественная способность находить алмаз в куче угля.