Но что же имел в виду Евстах? Он явно не желал их обидеть, пытаясь донести до их сознания идею строительства.

Стиганд, фыркнув, сделал кольцо из большого и указательного пальцев левой руки, начал вставлять и вынимать из него указательный палец правой руки. Все предельно ясно. Они развлекаются с нашими женами, а мы в это время роем эту проклятую яму.

Все хором, дружно выкриками подтвердили правоту слов Стиганда, глаза у них злобно засверкали.

Ротгар быстро поднес руку ко рту, чтобы скрыть улыбку. Он представил себе, как Евстах тычет лопатой в центр круга, а жители Лэндуолда под этим подразумевают совершенно другое.

Мария называла этих людей тупоголовыми и упрямыми. Ему самому недавно пришлось проверить их рассудочность. Нет, жители Лэндуолда не были ни глупцами, ни тупоголовыми, и они не отказывались от сотрудничества, — просто никто им понятными для них словами не объяснил, что от них требуется.

Ротгар все сделал за них. Он рассказал им, что земля, которую они бросали из рва и потом утрамбовывали в центре холма, постепенно превратится в высокий курган, который будет заметно выделяться на фоне низменности Лэндуолда. Он продемонстрировал им, как будет наполнен ров водой из реки Лэндуолд, и в результате он станет непреодолимым препятствием для врагов.

Наклонная стена будет возведена по окружности всего рва, по его краю, а внутри этой стены будет построена другая, поменьше, в результате чего появится внутренний дворик замка. В мирное время там может пастись скот, а во время войны он станет второй линией обороны, если противник преодолеет ров и первую стену. В самом центре поднимется большая укрепленная башня, замок, с вместительными складскими помещениями на уровне почвы, чтобы сохранить дары природы Лэндуолда и предохранить их от случайного набега мародеров.

После того как Ротгар закончил объяснять, крестьяне долго стояли молча. Потом Уот сказал:

— Значит, норманны будут в полной безопасности, им будет уютно и приятно со своими складами и запасами в них, даже если кто-то предпримет нападение. Ну, а что же ожидает нас, милорд Ротгар?

На этот вопрос ему очень не хотелось отвечать.

— Большой господский дом останется стоять на своем месте. Скорее всего, норманны превратят его в церковь. А ваши хижины снесут…

— Как так? Наши дома?!

— И построят новые, но уже ближе к замку. — Ротгару пришлось напрячь голос, чтобы перекричать заволновавшихся крестьян.

— Новые хижины? — спросил Стиганд, и на его лице вновь появилось выражение, как у глупого щенка. Другие сразу же замолчали.

— Да, — подтвердил Ротгар, обрадованный внезапной тишиной. — Новые хижины с очагом. Норманны умеют отводить дым от костра наружу, поэтому в ваших хижинах стены не будут покрыты сажей. Вашим женам это очень понравится.

— Моя Бесси ни за что не откажется от того, к чему привыкла. Ей не нужно ни новой хижины, ни нового очага, — заворчал недовольно Уот.

— Но у нее не будет другого выхода, придется подчиниться, — сказал Ротгар. — Норманны хотят, чтобы вы жили поближе к замку, чтобы можно было быстро всех нас собрать вместе и защитить замок, если на него нападут.

— Кто, милорд Ротгар? Кто нападет? Этот сукин сын Вильгельм не может напасть на то, что он уже отвоевал.

— Кто-нибудь придет, — сказал Ротгар, вспоминая рассказы о нападениях в прошлом и настоящем. — Кто-нибудь всегда явится.

— Но как же норманнам станет известно о нападении, если у них перед глазами будут стоять высокие стены, через которые ничего не увидишь?

— Они разместят на крыше замка стражу.