— В таком случае Хью женился на ней по той же причине, по которой я вытащил ее из монастыря. У Ротгара не хватало земли, и, когда отец Эдит умер, не оставив после себя мужского потомства, он посчитал преступлением против здравого смысла требование отписать богатые земли Кенуика монастырю. Монахини, как это ни странно, не выразили особого протеста, когда он ее похитил, и только первый призыв в армию предотвратил их свадьбу и присоединение земельного наследства Эдит к участку Лэндуолда.

Ротгару очень хотелось знать, был ли брак Хью делом рук Марии, думала ли она, как и он, что его брак с Эдит был единственным надежным способом заручиться лояльностью местных крестьян по отношению к новому правителю Лэндуолда.

— Ах, так вот значит по какой причине вы остановили свой выбор на ней. Признания Ротгара нарушили обычную сдержанность Бритта, и он снова проявил свой юмор и добродушие, которые и стали основой дружбы между господином и простым гончаром. — Ну теперь я могу оставить вас здесь с легким сердцем, зная, что вы не станете чахнуть по бледнокожей леди Эдит и ее длинному, острому носу.

Давно уже Ротгар не смеялся так искренне соленой шутке.

— Я мечтаю только вот об этой буханке хлеба, больше ни о чем, — сказал он. — А теперь ступай, покуда твой монашествующий господин не вызнал, что у него в курятнике высиживают не только цыплят.

Лицо Бритта посерьезнело:

— Но я надеюсь, что сегодня ночью вы будете на месте.

— Я тоже, — мягко ответил Ротгар. Груз его затруднительного положения всей тяжестью обрушился на него, когда его друг, повернувшись, вышел, задвинув дверь на три балки.

Трижды за последний месяц Хью просыпался с каким-то чувством озарения. Трижды в течение тридцати дней брат Марии разговаривал с ней и, судя по всему, понимал то, что она ему говорила. Марии оставалось только надеяться, что Бог не сочтет ее легкомысленной и что сегодня это может произойти в четвертый раз.

Когда они с Хью приехали впервые в Лэндуолд, она отправлялась к себе в спальню в полной уверенности, что это поместье отныне принадлежит им. Никогда им больше не придется упаковывать вещи и сниматься с насиженного места по чьей-то прихоти. У Хью будет достаточно времени, чтобы выздороветь. Но затем до них стали доходить слухи о том, что Вильгельм заменял то одного прежде пользовавшегося его полным доверием рыцаря, то отважного воина, находившегося у него в фаворе, из-за куда более невинных причин, которые он мог бы поставить в упрек им здесь, в Лэндуолде. Сам Хью слаб умом и постоянно болеет из-за тяжелого ранения; крестьяне с недоверием и подозрительностью относятся к новому хозяину; работы по строительству нового замка только начались и идут ни шатко ни валко. Если бы только у них было золото, то они могли бы все ускорить, но у них его не было. Она слышала истории о том, что некоторые английские замки набиты золотыми слитками, и отдала приказ обыскать все поместья. Они нашли спрятанный сундучок, но, когда вскрыли его, выяснилось, что в нем хранилось всего несколько мелких серебряных монет. Что предпримет Вильгельм во время Пасхи, когда Филипп Мартел сообщит ему о том, как плохо обстоят здесь дела?

Ночами, когда ей не давали спать тревожные мысли, она разрабатывала план, пусть худой, лишь схематичный, со многими недостатками, но, чтобы выполнить его с чистой совестью, ей следовало заручиться согласием Хью. Поэтому она молилась, чтобы сегодня утром рассудок его прояснился.

Если это произойдет, то приготовленная ею для него доза лекарства не понадобится. Но если она войдет в его покои без нее, то Бог может счесть ее слишком самоуверенной и отвернуться от нее. Она взяла в руки кувшинчик с драгоценной жидкостью, которую привезли из далекой Византии.