Она замерла, впившись взглядом в его лицо.

– Ты готов поклясться мне в этом?

– Даю слово джентльмена.

Его сердце подпрыгнуло от радости. До последней секунды он не сознавал, до какой степени боялся ее отказа. Притянув ее к себе одной рукой, он поцеловал ее в лоб.

– Если это означает «да», скажи скорее, где твое пальто. Нам нужно поторопиться.

– Куда?

– Я получил особое разрешение. Мы можем обвенчаться прямо сейчас.

Она пыталась возражать, но Саймону было необходимо жениться на ней до того, как начнется слушание дела ее отца. Он боялся, что она передумает, и не хотел рисковать.

Он утаил от нее, что его напарник Айлингтон, наконец, вернулся из деревни, и будет выступать свидетелем вместо него.

Глава 24

Одна лишь в сердце ненависть была –

И жизнь любви единственной дала.

Клер стояла рядом с Саймоном в гостиной его дома в Белгрейвии, чувствуя себя героиней волшебной сказки. Напротив них стоял лысеющий священник с молитвенником в руках. Повсюду горели свечи. Комната была усыпана полевыми и лесными цветами, источавшими тонкие нежные ароматы. Стучавший в окна дождь придавал сцене уют и романтичность.

Миссис Багли и сэр Гарри Мастерсон выступали свидетелями. Полная экономка сияла от удовольствия и время от времени тайком утирала краешком фартука слезу. Сэр Гарри, стоявший рядом с Саймоном, лучился радостью.

Но Клер почти не замечала их. Все ее внимание было приковано к Саймону. Меньше часа назад он поразил ее своим неожиданным предложением и обещанием не свидетельствовать против ее отца. Сейчас они стояли рядом, и он крепко сжимал ее руку в своей руке.

Зачем он это сделал? Неужели он, правда, испытывает к ней такие глубокие чувства? «Я без ума от тебя, Клер. Ты околдовала меня с самой первой минуты».

Эти слова беспрестанно звучали у нее в голове. И хотя он не сказал прямо, что любит ее, в ее сердце вспыхнула надежда. Она и сама не решилась бы дать название тем чувствам, которые переполняли ее сердце. Но она обязательно скажет ему главные слова. Уже скоро.

Они произнесли слова клятвы, и голос Саймона прозвучал уверенно и твердо. Священник объявил их мужем и женой, и они склонили головы для благословения. Потом Саймон заключил Клер в объятия и запечатлел на ее губах поцелуй, который длился и длился, пока, наконец, священник не кашлянул, призывая их вспомнить об окружающих. Они разомкнули уста и с изумленной улыбкой смотрели друг на друга.

Мистер Багли исполнил на пианино бодрый марш, а миссис Багли поспешила наполнить четыре хрустальных бокала пуншем. На столе гостей и новобрачных ожидал торт, покрытый белой глазурью.

– Надеюсь, вы составите нам компанию? – обратилась к супругам Багли Клер.

– Боюсь, это будет не совсем удобно, – заметила миссис Багли.

– Чепуха, – вмешался Саймон. – Если леди Рокфорд желает провести время в вашей компании, вы обязаны ей повиноваться.

Он лениво улыбнулся Клер, которая не сразу поняла, что под леди Рокфорд он имел в виду ее. Она теперь леди Рокфорд. У нее затряслись колени, и она была вынуждена опуститься на стул. Ее бокал с пуншем и кусок торта остались нетронутыми. Разве она хотела стать графиней? Разве может она влиться в высшее общество, устраивать приемы и сплетничать с матронами?

Теперь у нее нет выбора. Это то, чего от нее ожидают. Ее счастье слегка потускнело от этой мысли, но она тут же ее отбросила.

Священник, выпив за молодых и съев за их здоровье кусок торта, откланялся, вслед за ним засобирался и сэр Гарри. Клер и Саймон проводили его до дверей. На прощание сэр Гарри хлопнул Саймона по плечу.

– Поздравляю тебя, старина. Как ни крути, а ты выиграл наше пари.