|
А ты теперь стала для них опасна, пора убирать. Я бы на их месте не выдал тебя прокуратуре живой, им известно, до чего ты докопалась. Лучше оставить твой труп на дороге, так будет спокойнее. Заметь закономерность. Клан начал работать в девяносто пятом. Проходит четыре года, и главный идеолог решает сменить состав. Возможно, только главный штаб. Чего-то они там не поделили. Первым от сердечного приступа умирает в госпитале генерал Шибаршин, бывший военный атташе в странах Ближнего Востока. Он же командовал Гурвичем и Беловым во время шестилетней войны между Израилем и арабами. Следом за ним погибает Федашко. Ломает себе шею. Это происходит через месяц после того, как его начальником становится Вайсберг, бывший режиссер мюзикла. Далее стреляется Сазонов, начальник паспортно-визовой службы, а его место занимает полковник Гурвич, отец-основатель агентства «Аллигатор». Мне только не понятна гибель Евгения Николаевича Зудова, помощника министра иностранных дел. Ведь с его помощью сели на руководящие посты и полковник КГБ, и режиссер театра. Зачем его убирать? Да еще так варварски — взрыв газа настолько силен, что и хоронить было почти нечего. Есть одна интересная деталь. Она касается семейства Пекаревых, выступающих как самостоятельное звено, и самое живучее. Военный атташе Шибаршин умер в госпитале, где заместителем главного врача в то время был профессор Пекарев. Молодая жена Пекарева, детский врач Варвара Пекарева, в девичестве Зудова
Варвара Евгеньевна, дочь того самого помощника министра, взорвавшегося в собственной квартире. Теперь она подбирает детей для отправки в Израиль через Иорданию, где их продают в качестве доноров для пересадки органов больным чадам очень состоятельных людей. Такая операция стоит до миллиона долларов. Матерей ждут бордели или лагеря суррогатных матерей. Об этом мне тебе рассказывать не нужно. — Но теперь и это звено решили уничтожить. Сына Пекарева повесили без моей помощи, но сделали все так, будто сунул в петлю Сергея тот же человек, который повесил остальных вербовщиков. — Этому можно найти объяснение. Сергей Пекарев знал то, чего тебе знать не следовало, и мог под страхом смерти открыть рот. Я не сомневался, что звено Пекарева тоже выработало свой ресурс и подлежит уничтожению. — Идеологи клана нашли более безопасный и надежный способ работы, поэтому заметают старые следы, хотят начать все с чистого листа. — Вероятнее всего, ты права. Но Варвара Пекарева — очень важная и нужная персона. Она приносит клану самую большую прибыль. Глупо ее убивать. С Сергеем все понятно. Вербовщиков убрали, и он стал никому не нужным. Профессора тоже не очень жалко. Турагентство можно передать в руки другого руководителя и дать ему новое название. «Магда-тур» реорганизуется в новую фирму, а старая распускается и перестает существовать. Концы в воду. Тем более верхушка клана знает, что следствие наступает им на пятки. — Зачем же они рискуют? — Я не верю в то, что Вайсберг и Гурвич, чью беседу ты слышала на диктофонной записи, являются руководителями клана. Тогда бы их разговор носил совсем другой характер. Если помнишь, там есть такая фраза: «За промах нас по головке не погладят». Они лишь руководили звеньями, и не более того. Ими тоже пожертвуют в случае необходимости. Как мы с тобой ни стараемся, а выйти на кукловода не можем. Значит, и следствие ничего не добьется. Возможно, что-то прояснит приезд в Москву Абу аль-Фар Харима, твоего бывшего хозяина из Иордании. — Он приезжает? — На следующей неделе. Какие вопросы он будет решать с Вайсбергом, мы узнаем немного позже. Вся одежда и вещи, вплоть до ручных часов Вайсберга увешаны микрофонами. — Но Вайсберг и Гурвич наверняка знают о полной реорганизации клана. Гурвич не бросил бы своих бойцов на погибель, давая им задание уничтожить музыкантов. Значит, он в курсе событий и согласен с новыми установками. |
