Барон готов вас принять, — сообщил он. — Но вам придется оставить здесь свой меч.

Это еще зачем? — возмутился Генрих.

Таков приказ барона: никому не дозволяется входить в замок при оружии во избежание нового заговора.

Меч я не отдам.

Тогда останетесь здесь, — пожал плечами начальник стражи.

Генрих задумался. Идти к барону без оружия было рискованно. С другой стороны, чтоб попасть к нему силой, пришлось бы перебить всю дворцовую стражу, а ведь стражники ни в чем не виновны: они только послушно выполняют приказ. Да и потом, рискнет ли барон связываться с Героем? Ведь Хильдебрант прекрасно знает о победе над Безе-Злезе и уж наверняка о сражении с колдуном Безевихтом. Барон не настолько глуп, чтобы связываться с заведомо сильнейшим противником. Обдумав все как следует, Генрих отстегнул ножны и протянул начальнику стражи.

Ворота перед мальчиком со скрипом распахнулись.

Глава XXV ПОДЛЫЙ СЛАДКОЕЖКА

В замке Реберика Восьмого у каждой двери стояла стража, всюду сновали слуги. По \> лестницам то и дело взбегали повара с подносами, полными сладостей. Уклоняясь от прислуги, снующей точно муравьи, Генрих прошел в главный зал. Слугам барона удалось сделать невозможное — они очистили пол от мусора и даже помыли его, размазав по искореженным плиткам серо-коричневую грязь. Также слуги успели вывесить, где только можно, знамена барона Хильдебранта и еще чьи-то. Но знамен барона было несравненно больше. Под разрушенной крышей стоял огромный стол с блюдами, подносами, бутылками и кружками. Барон сидел за этим столом один и пихал себе в рот крендельки, марципаны, печенье, пастилу.

Ах, мой милый друг! Входите, входите, — сказал барон, завидев Генриха. Он откусил кусок сдобной булочки и, выбравшись из-за стола, двинулся с распростертыми объятиями к Генриху. — Как…пжмж…живаете? — спросил он.

Где король, господин Хильдебрант? Где принцесса Альбина и глюмы? — требовательным тоном перебил барона Генрих.

Хильдебрант проглотил булочку, облизался и не моргнув глазом ответил:

Они отправились в гости к королю. Совсем недавно — час назад. А король обрел покой в моем замке, помните мой чудесный замок? Так король, хе-хе, сказал, что очень утомился от государственных дел. Мы заключили договор: я отдаю королю свой тихий, милый замок, а король мне свой трон и к нему в придачу нелегкое, утомительное царствование. Тем более, король мой должник — я ведь победил колдуна, и обещание его величества насчет полцарства все еще в силе…

Вы победили колдуна? — Генрих увернулся от объятий барона. — Более низкой лжи мне еще не приходилось слышать!

Лжи? Хе-хе! Где ж тут ложь? Вы пропадаете неизвестно где, народ волнуется, ищет победителя… Что же я должен был делать? Не допускать же государственного бунта. Хе-хе. Вот я и собрал все розовые доспехи и выставил их как свой воинский трофей. Вам, помнится, слава ни к чему. Да и потом — вас не было, и ваши друзья сами присоветовали сделать так. Быть королем — дело хлопотное и скучное. Вы, как я помню, отказывались не только от славы, но и от части королевства. Хе-хе. Вы ведь,» так сказать, работаете задаром, бесплатно. Разве нет? Ну вот, видите, никакой лжи, по большому счету, и не было. А знаете, у меня ведь беда. — Барон сокрушенно покачал головой. — Самая настоящая беда. Вы и представить себе такую беду не можете. Корона-то, корона-то мала мне. Вот так-с, да. Придется делать другую, побольше. А ведь это время, бесценное, важное для королевства время. Ювелир сказал: дня два придется затратить. Представляете? Целых два дня! Можно и день, сказал он, но будет слишком грубо и просто. Вы меня понимаете? Зачем мне грубо и просто, я ведь не какой-то там самозванец.