Несколько минут спустя, точно рассчитав время, бандит вошёл в помещение Альфорского комиссариата…

Уже занималось утро…

Отряд, объединивший полицейских Альфора и Шарантона, под предводительством Тома Боба и альфорского комиссара быстро продвигался по шоссе в направлении заброшенного дома. Бригадир на ходу инструктировал своих людей:

— Мы окружаем дом со всех сторон… Затем постепенно сжимаем кольцо… Оружие держать готовым к стрельбе! Учтите: бандиты вооружены! Так что, в случае чего, стреляйте первыми…

Том Боб между тем сообщал комиссару последние новости:

— Вчера Фантомас был похищен из тюрьмы его сообщниками… Они требуют от него денег и собираются его судить. Не исключено, что они его уже прикончили…

Но тут Том Боб осёкся, из его груди вырвалось восклицание ужаса…

У дверей рокового дома, у той его двери, что вела в подвал, высилась фигура человека со скрещёнными на груди руками.

— Фантомас! — закричал Том Боб.

Но комиссар тотчас его поправил:

— Нет! Это Жюв!.. Жюв!.. Мы вчера получили информацию из министерства внутренних дел: Жюв оправдан и на свободе!

И комиссар бросился вперёд, крича:

— Жюв! Жюв! Что вы здесь делаете?

Знаменитый детектив ответил с невозмутимым спокойствием:

— Как что? Вас поджидаю!

— А где бандиты? Где пособники Фантомаса?

Жюв указал пальцем на дверь:

— Они там, господин комиссар… там, в подвале… Надо приказать им, чтобы выходили по одному… Сколько у вас людей?

— Двадцать три…

— Этого хватит… Мы можем начинать!

Альфорский комиссар, раньше служивший в сыскной полиции под началом Жюва, горячо пожал ему руку:

— Жюв, дорогой Жюв! Наконец-то вас признали невиновным!.. Как я счастлив!

В это время из подвала донёсся громкий рёв запертых там бандитов, и град пуль ударил в дверь, впрочем, слишком прочную, чтобы пули могли её пробить.

Отступив чуть в сторону, Жюв пояснил:

— Кажется, «кореши», наконец, сообразили, что тот, кого они принимали за Фантомаса, на самом деле — полицейский Жюв!

— Господин инспектор, как нам следует действовать дальше? — спросил альфорский комиссар, которого опасность сделала очень почтительным.

Жюв окинул взглядом окрестность, убедился, что оцепление осуществлено надёжно, и громким голосом обратился к сидевшим в подвале:

— Вы окружены! Сдавайтесь!

— Что касается меня, — сказал комиссар, — то я, не задумываясь, перестрелял бы их через слуховое окно… И если через пять минут они не сдадутся…

Жюв промолчал, но в волнении закусил губу… Он не испытывал жалости к бандитам, только что раскрывшим перед ним чудовищный перечень своих преступлений… Но он помнил, что в подвале находился также Фандор, самый близкий и дорогой ему человек… Надо было во что бы то ни стало избежать бойни…

Но захотят ли бандиты сдаться добровольно?

Между тем в стороне собралась довольно большая толпа жителей Альфора, принадлежащих к трудящимся слоям, рано начинающим свой рабочий день. Их внимание привлекло необычное скопление полицейских. Узнав, что предстоит захват большой группы бандитов, они громко выражали одобрение предстоящей акции. Бесчинства апашей давно уже вызывали возмущение местного населения.

Толпа росла, настроение собравшихся становилось всё более агрессивным. Раздавались выкрики:

— Поджечь хибару, да и дело с концом!

Уже кое-кто поджигал вокруг дома пучки сухой травы и кучи хвороста.