— Да? — удивленно спросил Роберт Кларк, все еще не отпуская руку Эндрю и продолжая ее энергично трясти. — Похоже, Памела, ты немножко перепутала. Зовут его вовсе не Рассел...

Эндрю посмотрел на миссис Памелу Кларк, которая побледнела.

— Так вы не Рассел Пирсон? — Паника отразилась на ее лице. — Служба безопасности? Ничего не понимаю! Что же, получается, вы надо мной просто подшутили на днях, молодой человек?

— Нет, мадам, — ответил Эндрю. — Я думаю, вы сейчас все поймете.

В этот момент премьер-министр, который сидел в кресле рядом с супругой, кивнул Эндрю и обратился к Бриджет.

— Так вы и есть та самая Бриджет Винсен? — Он встал и протянул руку. — Я настоятельно просил Эндрю включить вас в нашу маленькую компанию. Необычайно рад с вами познакомиться, юная леди.

— Благодарю вас, господин премьер-министр, — сказала Бриджет, пожав руку премьера, затем сделала шаг назад и взглянула на Эндрю.

— Давай сядем здесь. — Он подвел ее к двум креслам, стоявшим чуть поодаль, и заметил, что Памела все еще глядит на него и на Бриджет. Взгляд ее был свиреп. Эта женщина понимала, должна была понимать, что все кончено. Абсолютно все.

— Роберт, — сказал премьер-министр, снова садясь, — боюсь, у меня для тебя плохие новости.

— Господин премьер-министр... — Кларк с удивлением и опаской быстро взглянул на жену.

Джеб Лейкерс, поднявшись с дивана, большую часть которого он занимал, достал из папки конверт и тоже взглянул на Памелу.

— О, спасибо, пожалуй, это будет самое правильное, — сказал глава правительства, беря конверт из рук Лейкерса и вынимая из него то самое письмо, с которого все началось.

— Позвольте узнать, что это такое, господин премьер-министр? — спросил кандидат, когда в руках у него оказались бумаги и он пробежал взглядом текст. — Почему? Почему это... Извините, я не понимаю. Это информация для внутреннего пользования, идеи для дальнейших размышлений, не более... Как они к вам попали, сэр?

Премьер-министр красноречиво поднял брови. Он был невысок ростом, но благодаря спокойствию и достоинству, с которым держался, умел произвести впечатление. Поэтому всегда казался даже выше, чем был на самом деле:

— Мы так и думали. Ты не знаешь, что это такое, не так ли, Роберт?

— Не знаю чего, сэр? Что здесь происходит? Кто-то вломился в мой офис?

Лейкерс опустился на диван, сложил руки на коленях и еще раз посмотрел на жену Роберта Кларка:

— Памела, вы сами ему все расскажете или это должен сделать я?

Двадцать минут спустя все было кончено, присутствующие с облегчением встали и даже обменялись рукопожатиями. На ресницах Памелы повисли слезинки, и ей, чтобы аккуратно промокнуть их, не размазав при этом тушь, пришлось лезть в сумочку за платком. В целом же она держалась стойко, назвав то, что сделала, всего лишь остроумным ходом в предвыборной кампании. И даже начала сердиться, когда премьер-министр объяснял ей, что ее мужу пришлось бы расплачиваться за подобные обещания, как только бы он возглавил кабинет.

— Какая глупость, — ответила она. — Если уж мы попадем на Даунинг-стрит, то будем делать все, что захотим. Весь этот маскарад с законностью нужен нам только для того, чтобы туда проникнуть.

Не женщина, а комок цинизма и лицемерия, подумал Эндрю, наблюдая, как Памела в сопровождении супруга покидает комнату.

Итак, все было позади. Они уехали из ресторана, где должна была состояться вечеринка, которую, естественно, отменили. Бриджет словно во сне видела, как покидали гостиную глава правительства с супругой, как поникли плечи Роберта Кларка, как сверкала глазами его жена. Дядя Роберт подошел к ним, потрепал Бриджет по щеке и сказал, что она умница и все сделала, как надо.