– Раза три в неделю, но никак не регулярно. Иногда по будням, иногда в выходные. Лишь тогда, когда у нас появлялось желание.

– А кто об этом знает?

– Не понимаю, что вы подразумеваете?.. – вскипела Грейс.

– Я разрабатываю версию о том, что вы находились под постоянным наблюдением злоумышленника.

Грейс охватила дрожь, а Джессика воскликнула:

– Какой ужас!

– У вас, мои дорогие леди, нет среди косметики масляной жидкости, которой было начертано послание?

– У меня есть масло для ванн, – выступила Джессика. – Я держу его в шкафчике, как раз рядом с зеркалом. Я, правда, ни разу им не пользовалась. Я предпочитаю душ.

Грейс наморщила лоб, размышляя.

– У меня тоже есть такое же масло. И жидкий детский крем. И еще жидкость для снятия грима – она похожа на масло.

– Проверим, все ли на месте? – предложил Тони.

Снова они поднялись наверх. Братья Марино отправились вслед за Джессикой в ее комнату, а Грейс извлекла из своего шкафчика в ванной флаконы, о которых упоминала. В холле она столкнулась с Петер-сом. Он выходил из ванной Джессики с серьезным видом.

– Мы отсняли зеркало. Что еше требуется?

Он обращался к детективам, Грейс была здесь как бы ни при чем. В ванной Стейн еще возился с видеокамерой, выискивал, словно репортер, более удачный ракурс. Тони распорядился:

– Снимите отпечатки с дверных ручек внизу. Ванную оставьте напоследок.

– О'кей.

Петере и Стейн удалились. Их место в ванной комнате заняли детективы. Джессика не изъявила желания войти туда вместе с ними и уселась в спальне на стул в ожидании, когда к ней обратятся с вопросами. Грейс встала на пороге и, таким образом, могла наблюдать и за Джессикой, и за мужчинами.

Используя полотенце, Доминик с величайшей осторожностью открыл шкафчик и извлек прозрачную пластиковую упаковку разноцветных ярких шариков с маслом для ванн.

Этот подарок Джессика нашла у себя в носке на Рождество.

Тем временем Тони потрогал надпись, понюхал жидкость на кончике пальца, потер ее между пальцами. Доминик раздавил масляный шарик, и оба мужчины поморщились, когда вокруг распространился сильный цветочный запах.

– Это не то! – с уверенностью заявил Тони. – Мы бы унюхали такое за милю.

Он перевел взгляд на Грейс.

– Давайте взглянем на то, что имеется у вас.

Грейс протянула ему всю собранную у себя в ванной коллекцию.

Аккуратно сняв крышечку с розового стеклянного флакона с маслом, которым Грейс пользовалась очень редко, Тони капнул на подушечку пальца немного жидкости. Запах лаванды был таким же концентрированным, как и цветочный, но, несомненно не тот, что источала надпись на зеркале.

– Опять осечка, – заключил Доминик.

Тони исследовал каплю детского масла, понюхал.

– Вот оно! – сказал он. – Или что-то похожее. Чтобы убедиться окончательно, надо сделать анализ. Проверь и ты, Доминик. Посмотрим, что ты скажешь.

Доминик коснулся зеркала. Понюхал свой палец, потом то, что было на пальце брата.

– Я с тобой согласен. Нужно проверить, нет ли на флаконе отпечатков.

– Может, он принес средство с собой?

– И такое возможно.

Братья вытерли поочередно руки тем же полотенцем, что уже использовал Тони, когда открывал шкафчик, и шагнули к выходу. Грейс посторонилась, уступая им дорогу.

– Вам понятно, что существует и другая возможность? – обратился к ней Тони.

– Интересно, какая? – Грейс удивленно вскинула брови и скрестила руки на груди.

– То, что это было сделано раньше.