Или можно запрятать его к ней в сумочку.

Обдумывая все эти варианты, он мрачно усмехался. Впервые за долгое время у маленького братца появилась возможность по-настоящему поразвлечься.

21

– Не кажется ли тебе, парень, что эта судья в юбке просто-напросто дрочит тебе яйца, а ты хлопаешь ушами?

Тихое ворчание Доминика было едва различимо среди шумов громадной автостоянки. Дверцы машин открывались и захлопывались, запускались двигатели, люди смеялись и переговаривались, какой-то малый мочился у ближайшего дерева. Они проводили скрытый осмотр этого оживленного места, прячась за ржавым остовом какого-то фургона на краю автостоянки.

Воздух вокруг пропитался ароматами гниющих отбросов и человеческой мочи. Был второй час ночи.

– Что это за коп, который не воспримет серьезно заявление женщины о вторжении в ее дом?

Тони скорчился позади Доминика – камера наготове, взгляд прикован ко входу в обшарпанный жилой дом, примыкающий к автостоянке. Это было уродливое двухэтажное строение, где сдавались в аренду с дюжину убогих квартир. Миссия братьев заключалась в том, чтобы фиксировать всех входящих в здание или околачивающихся с неизвестной целью возле него. Один из крупнейших наркодельцов Колумбуса снял здесь квартиру с явным намерением использовать ее для своих темных делишек. Сам он проживал в роскошном, с пятью спальнями, особняке за городской чертой, но сейчас находился в этом здании вместе с двумя подручными и несколькими покупателями.

– Грош цена всему, что она наболтала. Тебе следовало бы предоставить патрульным улаживать это пустое дело. Ну-ка, пройдись по всему ее списку – украденный, а потом найденный медвежонок, сомнительная слежка за ее дочуркой по дороге из школы домой, какая-то глупость, намалеванная на зеркале в ванной. Какое это все имеет отношение к нам и к нашему заданию?

– Она думает иначе.

– И что? – удивился Доминик.

– А то, что позволь мне разобраться в этом самому, – огрызнулся Тони. – Что такого, если я поболтаюсь там немного и прощупаю почву. От этого никому не будет ни холодно ни жарко. Ведь это мое личное время.

– Ты положил на нее глаз?

– Заткнись, Домни. – Тони произнес это вполне дружелюбно, но твердо.

– Не заткнусь. Она тебе нравится. Вот почему ты мчишься к ней по первому ее зову. – Домни осклабился.

– Пошел ты сам знаешь куда. – Тони по-прежнему сохранял дружелюбие.

– Бог мой! Ты хоть знаешь, Тони, во что вляпался? Такая женщина привыкла идти своим путем. Она будет указывать, как вести себя с ней в постели…

– Прекрати, Домни.

– Ясно, что ты у нее на крючке. – Доминик сразу же смолк, когда белый «Форд Таурус», предположительно 93-го или 94-го года выпуска, резко затормозил возле интересующего их здания. – Кажется, мы засекли покупателей.

Домни схватился за свою камеру и последовал примеру брата. Восемь подростков, было даже странно, как они все уместились в салоне машины, один за другим вывалились из «Форда».

– Эй, приятель, открывай! – заорал один из парнишек, барабаня кулаком в дверь.

Тони тем временем пересчитывал по головам веселую компанию. Пятеро ребят, три девчонки. По крайней мере, те, что были поменьше ростом и с более длинными волосами, выглядели как девчонки. Иногда в этом нельзя быть уверенным точно, особенно в темноте и на таком расстоянии.

– Нам нужна травка! – Второй мальчишка без стеснения выложил их намерения и присоединился к первому, сотрясая дверь ударами.