Вот честно, от подобных размышлений я разозлилась. Мысль о легком флирте с блондинистым Херси казалась мне все более привлекательной. Даже поежилась, пытаясь осмыслить, не вызваны ли подобные умозаключения приворотным зельем, капли которого могли вполне на меня попасть, не смотря на прикрытие подруг. На всякий случай отошла от кровати подальше, подошла к окну и только тогда развернулась и посмотрела на эльфа.

Владыка тоже не произнес ни слова, но его взгляд был каким-то странным. Раньше лорд Териас так на меня никогда не смотрел — пристально и даже можно сказать плотоядно. Ноздри ровного аристократического носа хищно раздувались. Вообще, Владыка напоминал гибкого, коварного барса, почуявшего добычу и готовящегося к прыжку. Не знаю, что там задумал этот котяра, но я себя жертвой ощущать не торопилась.

— Так о чем вы хотели со мной поговорить? — с самым невинным видом спросила у эльфа. Вопрос обескуражил мужчину. Он слегка расслабился и сложил на груди руки.

— Леди Василиса… — начал говорить лорд Териас.

— Это я. Именно так меня и зовут, — поспешила его уверить. Да что же он так нервничает? Самое невинное уточнение сбило Владыку с мысли, и он снова замолчал. — Так о чем мы поговорим?..

— Териас. Я хотел бы, чтобы наедине вы называли меня по имени, Василиса, — отмер, кажется.

— Хорошо, Териас, — стоять как-то надоело. Подошла к кровати и присела на краешек. В принципе, ложе Владыки показалось мне вполне удобным, я даже поерзала. Все это время мужчина пристально наблюдал за мной. Господи, да сделай же уже что-нибудь!

— Не думайте, что я забыл о наших договоренностях, но обстоятельства изменились! — наконец выпалил Владыка. Поворачиваться к нему не стала. Ну зачем ему видеть сейчас мою улыбку? Обстоятельства у него изменились. Видели мы эти обстоятельства, рогатые. Если бы не они, эльф по-прежнему тренировал бы свою выдержку.

Владыка нервничал — это было заметно. В нем как будто боролись желание и мнимые приличия, которые он так некстати сам себе напридумывал. И последние пока побеждали. Вообще, жизнь странная штука. Не думаешь — плохо, а много думаешь — еще хуже. Где же найти золотую середину? Может быть, порой правильнее поступать спонтанно? Вот ёкнуло сердце и бросайся в омут с головой, невзирая на последствия. Будь, что будет, а разгребать уже по факту.

— Леди Василиса, я бы не хотел, чтобы вы думали обо мне плохо… — пора его прерывать. Самобичевание хорошо, только когда действительно виновен. А лорд Териас не сделал ничего предосудительного. Ведь мы оба хотели этого поцелуя. Скорее слишком сдержанный эльф виновен в том, чего не сделал. А в том, что хотел сделать, я теперь не сомневалась.

— А почему я должна думать о вас плохо, Териас? — взглянула в серые, как грозовые тучи глаза. Хорош, все в нем ровно так, как доктор прописал. Словно природа покопалась в моем подсознании и создала идеальное существо. Ему бы еще смелости побольше и условностей поменьше — цены бы не было.

— Я поцеловал вас, Василиса! — так и знала! Ушастый уже обвинил себя и вынес приговор.

— Поцеловали, — глупо отрицать очевидное. Поцелуй был, чудесный, чувственный, такой, что хотелось повторять и повторять, и я не собиралась в этом себе отказывать.