— Так ты никогда не получишь ни баллов, ни положительных отзывов, — сообщил я, потирая лоб. — Как ты собираешься дальше жить? — Она устало взглянула на меня. — А у тебя вообще есть баллы или положительные отзывы?

— Нет.

— И ты не считаешь, что это плохо?

Джейн обернулась и уставилась на меня умным, проницательным взглядом.

— То, что плохо, и то, что хорошо, определяется не только Книгой правил.

— Неправда. — Меня шокировала сама идея, что может существовать другой кодекс поведения, стоящий выше Книги. — Книга правил как раз и указывает нам, что правильно, а что неправильно. Предсказуемость правил и их безусловное соблюдение есть основа основ…

— Печенье еще не готово. Я принесу его позже. Возьми пока чай.

— Ты слышала, что я сказал?

— Я, типа, выключилась в этот момент.

Я взглянул на нее как только мог сурово, скорбно покачал головой, отчетливо произнес: «Эх ты», взял поднос и вышел из комнаты, всем своим видом стараясь выражать неодобрение.

Префекты

1.1.06.01.223: Должность префекта могут занимать только граждане с цветовосприятием от 70 % и выше. Если таковых не находится, ее может временно занимать гражданин с более низким цветовосприятием, до тех пор, пока не найдется подходящая кандидатура.

Когда я вернулся в гостиную, префекты обсуждали Трэвиса Канарейо с его поджогом почты. Я не мог отделаться от мысли, что сжигать письма умерших — это не проступок, а благодеяние. Что еще более любопытно, я не мог не заметить, что члены Совета в мое отсутствие опустошили сахарницу. Я разливал чай со всей возможной вежливостью, но руки мои дрожали. Префекты всегда заставляли меня нервничать, в особенности если за мной числился недолжный поступок.

— Итак, мастер Бурый, — вопросил главный префект, — чего нам от вас ожидать?

— Я всемерно постараюсь быть достойным и полезным членом Коллектива в течение своего краткого пребывания здесь, — прибег я к стандартному ответу.

— Конечно постараетесь. Восточный Кармин не место для лодырей, бездельников и дармоедов.

Несмотря на улыбку, префект ясно высказывал предупреждение. Я это так и воспринял.

— Путешествие — это немалая привилегия, — продолжил он, — но оно может привести к распространению дисгармонии, не говоря уже о плесени. Какова причина вашего путешествия, мастер Бурый?

— Я прибыл сюда для участия в переписи стульев, господин префект.

Префекты переглянулись.

— У вас есть на этот счет соответствующие распоряжения?

— Да, господин префект.

— Салли непременно захочет помочь, — пробормотал Смородини.

— Чтобы научиться смирению? — спросил де Мальва, глядя на мой значок.

— Да, господин префект.

— Надеюсь, это будет полезный опыт для вас, мастер Бурый. Вы обесчестите свой род, если промотаете весь красный цвет, который ваши праотцы добыли с таким трудом.

— Да, господин префект.

Скандал в семействе Бурых, увы, стал всеобщим достоянием. Три поколения назад один мой эксцентричный предок, Пирс Сангини, у которого было больше красного цвета, чем ума, решил жениться на серой. Он был префектом и отдаленным потомком первокрасного. Имя и цвет его сгинули в этом браке. Сын его обладал цветовосприятием всего в 16 % — это был ужасающий упадок рода. С тех пор мы, Бурые, пытались вернуть себе прежнее положение. Женитьба выглядела немыслимо скандальной даже по сегодняшним меркам — но правил не нарушала.