Хвала Единому, обошлось. И пусть даже не сунули полагающуюся случаю купюру, метрдотель не был в претензии.

Через двадцать минут, расположившись за одним из лучших столиков у окна с прекрасным видом на зимний сад «Карамболя», Орлов вкушал принесённые яства, отдавая должное мастерству здешних поваров.

— Если ты с плохими новостями, ничего не говори, — тихо предупредил Орлов подошедшего Михаила, который, закончив с делами, присоединился к графу. — Не порть момент, барон. Присаживайся, сделай заказ, поешь спокойно, выдохни, — подняв руку, Орлов сделал знак официанту.

По встревоженно-виноватому лицу его адьютанта было и так всё понятно, слова были излишни. А портить столь прекрасный стол новостями, могущими омрачить полученное удовольствие — что может быть глупее?

Лишь спустя полчаса, когда окончательно подобревший Орлов неспешно потягивал коньяк, перемеживая его маленькими глотками кофе, Михаил решился доложить:

— Петля следящего конструкта оборвана. Мы его потеряли, ваше Сиятельство, — адьютант не обманывался внешне спокойным видом Орлова, настроение которого могло измениться буквально за секунду.

— Расслабься, — хмыкнул граф. — В этом уже нет необходимости. Я и так знаю, что он притаился где-то здесь. А коль это так — мы его обязательно разыщем.

— Это может затянуться, — осторожно заметил Михаил. — Прикажете совершить визит в администрацию?

— Успеется, — сверкнул глазами его Сиятельство. — К бесу эту администрацию. Вряд ли этот крысёныш стал регистрировать прибытие. Мне кажется, что сначала нужно пообщаться с другим людом. Закинуть весточку, может кто-что видел или знает. А уж если не срастётся, тогда уже и в администрацию можно. Вот что, Миша, — задумался граф. — Если ты устал, даю на отдых не более трёх часов. Если нет, тогда потолкайся по городу, послушай, что люди говорят. Постарайся найти выход на местное отребье. Думается мне, что с их помощью мы добьёмся большего. В общем, по ситуации сам смотри.

Кажущееся нелогичным решение, напротив, с точки зрения Орлова, было наиболее быстрым, при этом никто языками болтать не станет. Не тот контингент.

— Вы предлагаете что-то просить у бандитов? — дёрнулся, словно от пощёчины, барон, замерев со стаканом в руке. — Ваше Сиятельство, но это же урон нашей чести. Никогда такого не было, чтобы дворянин…

— Миша, не горячись, — остановив словесный поток небрежным жестом, граф усмехнулся. — Смотри на жизнь проще. Ты в администрации регистрировался?

— Н-нет, — вопрос сбил барона с толка. — Вы же сами сказали, что не нужно этого. Да и когда бы я успел?

— Тогда какого рожна ты возмущаешься? — вкрадчиво произнёс Орлов. — Кто, кроме меня и тебя, знает, что ты титулованная особа? Если ты не начнёшь вопить об этом на каждом углу, то никто и не узнает. Посмотри вокруг, барон. Мы в Мёртвом. Всем плевать! Это, практически, фронтир. Ты находишься в городе, где люди с рапирами, шпагами, мечами и всевозможными острыми предметами встречаются на каждом углу. Ты должен был это заметить, пока мы ехали с вокзала. И, можешь себе представить, все они — не дворяне. Да, так тоже бывает. Здесь не столица, где с каждым нужно раскланиваться, господин барон. Это — Мёртвый.

— Я… кажется, понял, ваше Сиятельство.

— Ну раз понял, тогда выбрось из головы всю эту пафосную чушь, — поморщился Орлов. — Чем скорее ты это сделаешь, тем — лучше. Гибче нужно быть. Гибче. Нам нужен результат, Миша. И мне плевать, с чьей помощью он будет достигнут. Авантюристы, монахи, бандиты, душегубы, торговцы… Хоть все черти преисподней.