— Да у него память знаете какая, это ж не… — начал было вахмистр, но когда князь ожёг его гневным взглядом, не предвещающим ничего хорошего, он резко замолк, понимая, что перегнул. — Прощения просим…

— Опиши мне её, — потребовал князь.

— Невысокая, довольно симпатичная, хоть и полноватая. Рыжий длинный волос…

— Стоп, — внезапно перебил его князь. — Повтори еще раз. Медленно.

— Ну я же говорю: высокая, симпатичная, черноволосая, глаза зеленющие, — окончательно растерялся Парфёнов. — У неё еще нос был длинный.

— Ты что несёшь, Гриша? — ахнул вахмистр. — Ты же только что сказал, что она была полноватой. Какой нос?

— Да, — с готовностью подтвердил ефрейтор. — Полноватая, волос каштановый, подбородок квадратный. Помните, как у тётушки вашей?

— Не знаю, как орден, но премию ты точно получишь, — выслушав этот поток слов, рассмеялся князь, хлопнув ничего не понимающего ефрейтора по плечу. — Благодарю за службу!

Проигнорировав такого же растерянного от его причуд вахмистра, Полозов зашагал к выходу. На лице его была торжествующая улыбка, поскольку даже если приезд графа Суворова ничем не поможет, у него была ещё одна зацепка.

Даже не зацепка, а огромный такой крючок, которым можно запросто выловить здоровенного сома.

— Или мурену, — усмехнулся Полозов, распахивая дверь паро-кэба. — Вахмистр, вы остаётесь? У нас сегодня много дел.

Глава 14

Вернувшись в «Орхидею», Пётр, вопреки своему желанию, не стал выговаривать Алисе за её своенравность.

А зачем?

Всё было сказано по пути сюда, когда девушка, закусив губу, выслушивала монотонный голос Полозова, отчитывающий её за совершённую глупость и неумение смотреть на шаг вперёд.

Петя ожидал, что она будет возражать, но к его удивлению, девушка лишь сухо извинилась и заверила, что такого больше не повторится. Полозову оставалось лишь весьма удивиться и понадеяться, что урок ею усвоен.

Именно понадеяться потому, что в глубине души он откуда-то знал, что подобных уроков будет ещё уйма.

Глядя на девушку, у Полозова возникал диссонанс: временами она казалась весьма сообразительной, где-то даже умудрённой, но в какие-то моменты вся эта умудрённость слетала, как толстый слой желтоватой пудры при хорошей пощёчине.

Приказав Афанасию выделить девушке для отдыха самую маленькую комнату, Пётр направился в его кабинет, приказав управляющему подойти туда же после размещения «гостьи».

Парень уже практически уснул в кресле, когда появился управляющий.

— Она уснула.

— Что-то стряслось? — моментально подобрался Полозов, слыша тон, которым это было сказано…

— Девушка, — замялся управляющий. — Я, конечно, не специалист, но мне кажется, что ей нужен целитель. Пока не критично.

— Хорошо, — вздохнул парень, нехотя поднимаясь к удобного кресла. — Веди.

Комната, которую выделили девушке, была небольшой, но уютной по словам Афанасия. Это даже была не комната, а маленькая компактная квартира с отдельным санузлом, прихожей и небольшой спальней.

— Иногда персоналу приходится задерживаться, — пояснил Афанасий. — У нас есть несколько подобных комнат для отдыха.

— Потеря одной на некоторое время критична?

— То есть, она будет пока жить здесь? — вздохнул управляющий.

— Какие-то проблемы?

— Никаких, но мне бы этого не хотелось, — твёрдо произнёс он. — И это не моя прихоть. Вы сами назначили меня управляющим, ваша светлость, так что прошу выслушать меня.

— Ну что ж, слушаю, — Петя даже остановился, и интересом глядя на Афанасия.