– Размечтались, – с веселым злорадством процедил сержант. – Там без защиты только их же боевики.

Имперский катер осторожно заскользил к стоянке «Юнайтед Стеллз». Глаза господина Тагуры загорелись надеждой.

– Уйдут, – бормотал Димыч. – Там же Сеть… уйдут, заразы!

– Уйдут, – согласился Бакка. – Побоятся там светиться. Но мы-то уже убедились…

Катер резко остановился – и, развернувшись, на полной скорости помчался к порту.

– Наша с вами убежденность, господин Бакка, – не аргумент, – тихо сказал комендант Нейтрала. – К сожалению.

– Иллы тоже так думают, – усмехнулся Никольский. – К счастью. И с удовольствием примут приглашение коменданта побеседовать о его бредовых подозрениях. А вот Альо обрадуется любой возможности прищемить имперцам нос. Пару часов назад они имели неосторожность напомнить ей о своем существовании и здорово ее этим обозлили.

Господин Тагура повернулся ко мне. И замер. Он тоже хотел прищемить иллам нос. Но комендант Нейтрала не должен следовать желаниям, не просчитав последствий.

– Наши отношения с Империей не станут хуже, чем они есть, – задумчиво сказал Бакка. – Догадки и даже убежденность – не факты. Вы сами только что говорили об этом, господин комендант. Но подумайте, в чем имперцы смогут вас обвинить?

– Да ни в чем, – хмыкнул господин Тагура. – После мравлы… уважаемая Альо, ты не откажешься?

– Стать поперек глотки иллам? – Я довольно прищурилась. – Конечно, нет. Когда это я отказывалась от бесплатного удовольствия, господин комендант?

16. Старшие

– Слышала, Три Звездочки? – Димыч прислонился к стойке рядом со мной, бросил бармену: «Стингер, пли-из!» и со свистом выдохнул сквозь сжатые зубы.

– Выпендриваешься, Димыч? – буркнул бармен. Со стуком поставил перед Димычем бокал. Громыхнул коробкой со льдом. Забулькал. Виски и мятный ликер. Я поморщилась.

– Так слышала?

– О чем, Димыч? – Сегодня по забегаловкам портовой зоны обсуждалось предостаточно всяческих новостей, но, на мой взгляд, внимания заслуживала только одна. – О склепе?

– О склепе? – Кажется, Димыч удивился. Впрочем, с ним трудно быть уверенным. – Нет, я имел в виду ханнский ретранслятор. А что со склепом?

Который день я маюсь тоскливым бездельем. Блонди повез шефа в неизвестном мне направлении, Каратэка ремонтируется, Джейк лечится, а я в итоге слоняюсь по забегаловкам, развлекаясь сплетнями. Меня держит под рукой Никольский на всякий экстренный случай. Но все экстренные случаи бродят где-то вдалеке, а если и случаются, то моего вмешательства не требуют.

Одна радость – вроде бы затеянные трилами переговоры прошли успешно. Правда, подробностей не знают даже Никольский и Бакка… а на Нейтрале по-прежнему всякая шваль ошивается на биржевой площади, и не все рейсы проходят благополучно. Лэмми, после потери двух грузов подряд, решили умнее: присылают на Нейтрал претендентов на защиту. Трилам, Бакка сказал вчера, тоже надоело гонять с каждым грузовиком пару сторожевых «тайфунов», последуют примеру Элэммадина. Только люди еще не решили, как ответить на потери. И Никольского, и Димыча это бесит. Да и других людей, кажется, тоже.

– Так что с ретранслятором, Димыч?

– Исчез. Был и нету. Ханны из шкур повыворачивались, но даже и следов не нашли.

– А где, Димыч? – Что-то во мне напряглось и замерло в ожидании ответа… кажется, я знаю, где.