Снилась мне сегодня странная фигня. Огромные города эльфов среди джунглей, непроходимые зелёные леса, бегающие то тут, то там динозавры. Были среди них как знакомые мне по документальным фильмам из прошлой жизни аллозавры с трицератопсами, так и абсолютно непонятные виды. Причём на некоторых ящерах была сбруя с сёдлами, занятыми всё теми же эльфами с волосами ярких расцветок, от зелёного до фиолетового. В противовес легко одетым наездникам, наряды которых порой состояли из набедренных повязок и нескольких ремешков, жители городов носили длинные рубахи с широкими рукавами или несколько схожего фасона платья до земли, если вести речь о дамах, волосы же у них были в основном серебряные. Вроде бы пару раз даже мелькнула давешняя эльфийка с ожерельем и браслетами, но не берусь судить об этом наверняка. Сновидение было сумбурным и как будто скакало с одного на другое до тех пор, пока я не проснулся от лёгкого шума в яви.

Издавал его, как выяснилось, пробудившийся Гринольв, соображавший нам перекусить. Греть котелок с кашей магией, конечно, то ещё извращение, но было разумнее поступать именно так, чем тащить на горбу дрова за тридевять земель. И так припасами загрузились под завязку.

— Доброго утра, наставник, — сказал я ему.

— Доброго. Как спалось? — отозвался он.

— На удивление, неплохо. Правда, муть всякая снилась про эльфов, — признался я.

— Ну, в их городе после всех впечатлений немудрено, — пожал Гринольв плечами. — Однако лучше уж так, чем всякая дрянь с разлагающимися телами и щупальцами, что тащат тебя во тьму после первого знакомства с нежитью. Доставай ложку, вроде дошло.

— Это завсегда, — улыбнулся я. Какой ассон не любит пожрать?

Тем более действительно лучше видеть во снах живых ушастых, чем всяких стрёмных зомби. Не говоря уже о щупальцах. Последняя мысль заставила меня вспомнить одно произведение Говарда нашего Лавкрафта, где группа полярных исследователей сначала откопала странных мёртвых существ, которые в итоги ожили и свалили куда подальше, прикончив парочку двуногих лысых обезьян. А потом ученых ещё и угораздило добраться до города за полярным кругом, который принадлежал когда-то чуждой людям цивилизации, погибшей от рук собственных творений. Короче, ну нахрен, эльфы лучше. А в идеале — эльфийки. Много красивых эльфиек… Лавкрафтощины же во снах нам не надо. Особенно шогготов с сиськами, бр-р-р-р.

Прикончив завтрак, мы растопили одну из пробок, хранивших наш сон, и двинулись дальше. Было велико искушение остаться в этом городе подольше, заодно прибарахлившись ещё чем-нибудь полезным, но цель нашего путешествия была другой. Нам нужна была древесина на магические посохи. Так что снова начался путь, где один из путников торит лыжню, а второй идёт по его следу, отдыхая, чтобы через какое-то время поменяться. Продолжался наш забег почти неделю, пока мы не вышли к искомому оазису тепла в условной глубине континента. Нет, понятное дело, что тут можно ещё месяц идти, и до центра Фросхейма будет по-прежнему далеко, но у нас просто не было столько времени. А сюда уже вряд ли кто-то когда-то заходил с побережья в поисках ништяков.

Мокрый снег скоро опять начал налипать на лыжи, однако мучились мы недолго, сняв их через пару часов хода. Переход от стужи до заметно плюсовой температуры получился уж очень резким, хотя тут не было ни гор, ни каких-либо иных естественных препятствий, которые могли бы отделить два биома.

— Странно. Тут как будто какой-то магический барьер, — произнёс я, сверившись со своими ощущениями.

— Или даже магически-природная аномалия, — пожевал губами старик. — Накрутили тут что-то эльфы в своё время. Ну да не о них речь.