|
Матвей Сергеевич вынул свой нож и отрезал первый кусок. Он отдал его Гексе. Наевшись, они сутки пролежали без движения - во сне или в обмороке. Потом хотели дать о себе знать, но их ждало новое разочарование - автоматической метеостанции на острове не оказалось. Продовольствия в складе было мало. До лета жили на скупом пайке. С весной пришла новая беда. Каждый час с берега доносился грохот. Грунт таял... В море валились глыбы... В доме уже нельзя было жить. Перебрались в шалаш. После одного из обвалов дома не стало. Помощи ждать было неоткуда. Очевидно, никому в голову не пришло, что геологи прошли пешком двести километров через торосы. Дважды они слышали звук самолета. Первый был еще в полярную ночь, конечно, из числа поисковых, второй, много позже, из числа летавших в ледовую разведку. Оба раза остров был покрыт густым туманом. Геологи могли рассчитывать только на себя. Галя поддерживала товарищей. "Нужно выждать, еще немного выждать. Откроется навигация. На трассе мола начнутся работы. Работы не могут не начаться. Мы пойдем по дрейфующему льду, выбрав поле понадежнее. При той плотности работ, которая намечалась, нас не смогут не заметить. Это не шанс на спасение, это спасение наверняка, на все сто процентов!" Добров и Ваня верили ей. Они привыкли во всем полагаться на нее. Когда настал полярный день, Галя с товарищами не раз выходила на край припая, смотрела на дрейфовавшие мимо поля. Она все не решалась. То ей казалось, что корабли еще не вышли на трассу мола, то поля представлялись ей ненадежными, могли разломаться, растаять. А продовольствие кончалось. И вот Галя решилась. Несколько дней назад геологи с Гексой перешли на приставший к острову паковый лед, который в ту же ночь оторвало ветром и понесло на юг. Северный ветер дул им в спину. Они шли, шли на юг, шли к друзьям... с последней надеждой на спасение. Когда они увидели корабли на горизонте, то все словно сошли с ума. Гекса прыгала и лаяла. Люди бежали к кораблям, падали и поднимались, не замечая ушибов. Спасение было близко, и вдруг, когда можно было уже различить снасти, корабли стали удаляться. В полном изнеможении и отчаянии лежала Галя на снегу. Добров мрачно сидел подле нее. Ваня бежал назад, размахивая руками. - Самолет! Самолет! - кричал он. Галя села. Как осунулось ее лицо! Подурнело, постарело. Темные, обведенные кругами глаза смотрели на небо. - Самолет-то высотный! - воскликнул радостно Ваня. Матвей Сергеевич замотал головой: - Не заметит, не надейся... Высота-то какая!.. - Куда это он летит? - спросила Галя. - Уж не случилось ли чего... в мире? - Нет. Один не полетел бы, - заявил Добров. |
