— Но это так далеко, так далеко! — возразила госпожа Клуэ, с мольбой сложив руки. — Боже мой, что станет с моей Лизеттой, пока вы будете в этой стране дикарей, где с вами может случиться всё, что угодно! Хватит с меня Марианны, которая собирается уехать на Мадагаскар.

— Теперь уже нет дикарей, моя милая, — весело возразил ей муж, — но всё-таки, Бернар, я как раз хотел сказать вам…

И, пока госпожа Клуэ, всё ещё взволнованная, ходила за крем-брюле, он после крайне многословного вступления подал мысль, что здесь, на побережье, имеются мало кому известные места, где Бернар мог бы — по крайней мере, так ему, господину Клуэ, кажется — найти эту столь желанную «атмосферу».

— Я пойду с вами туда, — сказал он. — Устраивает вас?

Бернар ответил, что его «это вполне устраивает».

— Да, кстати, о местах, — продолжал господин Клуэ, поворачиваясь к Полю. — Не вы ли спрашивали мою дочь, где находится ресторан «Полярная звезда»?.. Что такое, что с вами?

Поль выронил из рук бокал. Содержимое его залило скатерть и штанишки Поля.

— Ничего, ничего, — успокоила его госпожа Клуэ, которая уже внесла крем. — Марианна, вытри скатерть, а вы, малыш, идите сюда, я почищу вам штанишки.

— Нет, нет! — так пронзительно крикнул Поль, что все подскочили.

Он снова сел и уже тише добавил:

— Благодарю вас, мадам, мне очень хорошо и так.

— Оставь его, мама, — сказала Марианна.

— Ну да, оставь, ему так прохладнее, — с добрым смешком добавил аптекарь. — Так о чём мы говорили? Ах да, о «Звезде»! Вы искали её, мой мальчик?

— Да, — прошептал Поль, — то есть я спросил у Марианны…

— Неудивительно, что она не могла ничего ответить: «Полярной звезды» уже давно не существует! Прекрасный был ресторан, клянусь честью, и дела в нём шли великолепно: он стоял на бойком месте, в самом начале Большой улицы. Кому-кому, а мне кое-что об этом известно — ведь я, как вы меня видите, был школьным товарищем Пьера Бланпэна, его владельца. Прежний владелец ресторана умер, и Пьер женился на его вдове: повезло, что и говорить! К сожалению, мой Бланпэн странный тип, вечно витает в облаках; это привело к тому, что он в два счёта развалил всё дело, и ему ничего не оставалось, как во избежание банкротства за бесценок продать ресторан…

— …И купить таверну, — вставила своё слово госпожа Клуэ.

— Да, в припортовом районе. Поистине, можно сказать, скатился вниз. Так он протянул ещё несколько лет, болтаясь то тут, то там, и, надо признаться, чаще бывал на пристани, чем в своей лавочке. А в один прекрасный день, месяцев десять-одиннадцать назад, узнаю, что он нанялся на грузовое судно, совершающее рейсы в Португалию… Да, нанялся, никого не предупредив, из-за одного лишь упрёка, в сердцах сорвавшегося у жены. Ты, вероятно, помнишь эту историю, Марианна, она в своё время достаточно нашумела.

— Я, по всей вероятности, находилась тогда в Руане, — заметила Марианна.

— Да, пожалуй, ведь это произошло в середине октября… Во всяком случае, с тех пор о моём Бланпэне ни слуху ни духу, исчез, сгинул. Интересно на самом деле знать, что стало с его женой. Сомневаюсь, чтобы ей очень его не хватало: если говорить начистоту, он был плохим помощником. Но ведь она осталась одна с двумя детишками на руках, не считая ребёнка от первого брака. Да, поступок неважнецкий… Но таков он, этот Бланпэн, и, что самое замечательное, на него невозможно сердиться.