Про то, как сиделось, спрашивать я не стал, поскольку без того знал, что сиделось не столь уж плохо. То есть, если сравнивать с большинством сидельцев нашей великой и необъятной. Шошина затолкнули в «красную» зону, Гонтаря - в «черную», но мне это было без разницы. И там, и там имелись свои люди, а если бы таковых не оказалось, в ход пошла бы валюта и нужные волонтеры, конечно бы, объявились. Главная подстава, на которой государство спотыкалось и падало, носом бороздя грешную землю, в том и заключалась, что чалились у нас с эффектом «до наоборот». То есть, самые матерые в зонах не задерживались вовсе, лицам второго и третьего уровней предоставлялась целая система льгот, находящаяся в прямой зависимости от степени крутости субъекта. Зоны усиленно подогревал общак, подогревали частные вклады. Если «смотрящий» зоны получал добрый пай с красочной малявой насчет новенького, за судьбу последнего можно было не волноваться. В «красных» зонах подмасливали администрацию, в «черных» - воров. Там же, где правил беспредел, пускали в ход аналогичные методы - то бишь, самых вредных опускали, пугливых стращали, сговорчивых задабривали подарками. Помнится, в одной из зон, куда угодили в позапрошлом году трое моих подопечных, нам даже пришлось разжечь некое подобие революции, в результате которой тамошних отморозков шустро превратили в калек, разбросав по иным точкам, «хозяину» дали по ушам, администрации «поставили на вид». Словом, везде можно было добраться и дотянуться до значимых рычажков-шестереночек, предпринять нужные шаги. Разумеется, должным образом порадели мы и за Гонтаря с Шошиным - людей далеко не последних в нашей империи. Было бы славно, если в кабинет зашли бы сейчас оба, но с Шошиным, судя по утреннему докладу чинуши, выходила какая-то непредвиденная задержка, и приходилось радоваться тому, что есть.

Кивнув на свою неловко вытянутую ногу, я коротко ввел Гонтаря в курс дела:

- Такие вот пироги, Гонтарь. Кувыркнулись на машине, потеряли Ганса. Вместо него теперь Дин, Но этого мало, нужна тень, и с сегодняшнего дня тебе придется поиграть в старые игры.

На костистом лице Гонтаря не шевельнулся ни один мускул. Этот парень умел владеть собой. Пятерней проведя по ежику начинающих седеть волос, он без спроса взял со стола кофейник, до краев наполнил фарфоровую чашечку.

- Что, тянет на чифирок? Гонтарь кивнул.

- Есть немного. Но ничего, отвыкну… А ногу где помяли? Тоже в аварии?

- В ней, проклятой.

- Насколько серьезно?

- Так, чепуха. Зудит только страшно.

- Кто же это в вас плюнуть осмелился?

- Есть подозрение, что «синие». Во всяком случае, не обычная шпана. Очень уж редкую бомбочку использовали.

Брови Гонтари вопросительно шевельнулись.

- Видишь ли, нет ещё таких в свободной продаже. Начинка сугубо экспериментальная.

- Подробнее можно?

- Гранату нам кинули. С пентафленом. Оказывается, есть такая сверхскользкая гадость. Специально для автомобильных покрышек. Помнишь погоню в «Кавказской пленнице»? Вот и нас таким же макаром прокатили. Обогнали на мотоцикле и бросили под колеса. А там как раз поворот и обрывчик. Я стекло проломил и вылетел, те, кто внутри остались, гикнулись.

- Больно мудрено для «синих», - Гонтарь покачал головой. - Может, другой кто?

- Могли, конечно, и гости из столицы поработать, но очень уж скоренько для них. Мы их позднее ждали.

- А причем здесь столица?

- Как причем? - я улыбнулся. - Помнишь, кому принадлежал «Харбин»?

- Ну.

- Так вот, теперь он наш.

- Не хило!

- То-то и оно, что не хило! Уже несколько дней, как отвоевали. Еще немного, и оформим документально.