Перри же спросил:

— Куда ты?

— Завершить некоторые неоконченные дела, — ответил Лукас, направляясь к выходу.

3

Джессика Хэйворд . Она застыла на месте, буквально смакуя звучание собственного имени, а затем вернулась к прерванному занятию — замешиванию теста для хлеба на сегодня. До сих пор она с трудом верила в то, что с ней произошло. Она больше не ощущала себя заблудившимся ребенком. Она стала реальной, существующей личностью, Джессикой Хэйворд, и она вернулась домой.

Правда, хокс-хиллское поместье больше ей не принадлежало — его продали лорду Дандасу, чтобы заплатить долги, которые наделал ее отец. Для Джессики это стало огромным разочарованием. Она также узнала, что у нее нет родственников — все давно умерли. Но одного ей по-прежнему не удавалось выяснить: что привело ее в Лондон три года назад.

На глаза навернулись жгучие слезы, и Джессика растерялась от внезапно нахлынувшего чувства одиночества. Как же глупо было надеяться… Усилием воли она сдержала слезы, готовые скатиться по щекам.

Итак, она оказалась сиротой, как те ребятишки, приют для которых она открывала в бывшем своем родном доме. Для нее это, конечно, не должно было иметь значения, поскольку она не могла вспомнить своих родителей, но, оказывается, имело. И даже очень большое…

Еще до того, как миссис Маршал — женщина в лазарете, которая узнала ее, — рассказала Джессике все, что знала о ней и ее семье, девушка пыталась представить себе своих близких. Она часто думала о том, как приедет домой и родители устроят званый вечер в ее честь. Будет большой праздник, пир на весь мир, и она наконец-то окажется в кругу своих братьев и сестер, кузенов и кузин, дядюшек и. тетушек. Но потом она узнала, что у нее нет никаких родственников, что ее мать умерла, когда она, Джессика, была совсем ребенком, а отца убили за день до того, как она очутилась в монастыре сестер Девы Марии.

Джессика встряхнула головой, отгоняя грустные мысли. Хватит мечтать и надеяться…

Она должна быть благодарна судьбе и за то, что оказалась здесь. Теперь, попав в стены родного дома, она непременно встретит людей, знавших ее раньше, и получит ответы на вопросы, которые не дают ей покоя. К. тому же некогда знакомая обстановка, возможно, поможет ей вспомнить прошлое, и память наконец-то вернется к ней.

Она перестала замешивать тесто и окинула кухню пытливым взглядом. Если бы только она могла вспомнить…

Все больше раздражаясь из-за собственной беспомощности, Джессика вернулась к прерванной работе. Теперь именно работа станет определять ее дальнейшую жизнь — с помощью монахинь задуманное превратится в реальность: хокс-хиллское поместье идеально подходило для осуществления их целей.

Поместье было слишком громким названием для небольшого клочка земли и полуразвалившегося дома из красного кирпича. Можно, конечно, утверждать, что Хокс-хилл был когда-то неплохим хозяйством, однако со временем он пришел в упадок. Но поместье непременно расцветет, как только монахини Девы Марии займутся им. Мать-настоятельница давно лелеяла мечту о том, чтобы в сиротском приюте старших мальчиков обучали ремеслам и торговому делу, и теперь все складывалось как нельзя лучше, словно это было предопределено свыше.

Предопределено. Джессика не смогла удержаться от улыбки. Разве не имел значения факт, что отец Хоуи, наводя справки от ее имени, обнаружил, что Хокс-хилл простоял в запустении целых три года и теперь сдавался в аренду за сущие гроши? Разве не имело значения то, что Джессика могла возвратиться в отчий дом, жить там под опекой монахинь, да еще осуществить мечту матери-настоятельницы?

Если верить поверенному, нынешний владелец поместьем не интересовался. Его замок стоял выше по дороге всего в миле от Хокс-хилла, и, поднявшись на мансарду старого дома, можно было разглядеть его.