|
Все это происходило в одном из дешевых домов, давным-давно брошенных добропорядочными. Джерри еще раньше покрыл окна металлической краской, чтобы не проникал солнечный свет. Комнату освещали горящие круглосуточно яркие лампы. Ему нравилось это; он не любил следить за ходом времени. - А что мы получим? - спросил позже Чарлз Фрек.- Док отвалит монету? - Мой долг - найти способ лечения, - сказал Джерри. Боль, не ослабевавшая ни на минуту, стала невыносима. Он почувствовал непреодолимое желание принять душ. - Эй, ты, - выдохнул Джерри, разгибая спину.- Продолжай ловить их, а мне надо облиться. - Ладно, - сказал Чарлз. А потом добавил неожиданно: - Джерри, эти букашки... они меня пугают. Я не хочу оставаться здесь один. - Трусливый ублюдок, - задыхаясь от боли, выдавил Джерри, остановившись на секунду на пороге ванной. -А ты не мог бы... - Я должен облиться! - Он захлопнул дверь и пустил воду. - Мне страшно! - донесся приглушенный голос Чарлза Фрека. - Тогда уматывай! - заорал Джерри и ступил под душ. На кой черт нужны друзья, с горечью подумал он. - Эти сволочи кусаются? - закричал под дверью Чарлз. - Да! - ответил Джерри, втирая в волосы шампунь, - Я так и думал.Пауза.- Можно, я помою руки и подожду тебя? Дрянь паршивая, с горькой яростью подумал Джерри, но не ответил, а продолжал мыться. Ублюдок не заслуживает ответа... Чарлз Фрек позвонил одному типу, у которого, как он надеялся, мог быть запас. - Можешь дать мне десяток смертей? - У меня хоть шаром покати, самому позарез нужно. Ты свистни, если набредешь на что-нибудь. Чарлз повесил трубку и по пути от телефонной будки - никогда не делай закупочных звонков из дома - до машины быстро прокрутил один глюк. В этой фантазии он ехал мимо аптеки Трифти и увидел колоссальную витрину: бутылки медленной смерти, банки медленной смерти, склянки и канистры, и бидоны, и цистерны медленной смерти, миллионы таблеток и капсул, и доз медленной смерти, медленной смерти, смешанной с "рапидами", и барбитуратами, и психоделиками - и гигантская вывеска: "НИЗКИЕ-НИЗКИЕ ЦЕНЫ, САМЫЕ НИЗКИЕ В ГОРОДЕ". На самом деле в Трифти никогда ничего не было, одна дрянь. Но готов поспорить, думал он, выезжая со стоянки на Портовом бульваре, что там. в кладовке за семью замками, лежит медленная смерть - чистая, ни с чем не смешанная... Пятидесятифунтовый мешок. Любопытно, когда и как они доставляют пятидесятифунтовые мешки препарата С... и бог знает откуда - может, из Швейцарии, а может, вовсе с другой планеты, где у ребят башка варит... Должно быть, привозят товар рано поутру- с вооруженной лазерными винтовками охраной зловещего вида. Только попробуй посягнуть на мою медленную смерть, подумал он, представив себя на месте охранника, и я тебя испепелю. На Чарлза напала хандра, потому что в его загашнике остались всего триста таблеток медленной смерти. Зарыты на заднем дворе. Только недельный запас. А что потом? Черно-белые что-то явно заподозрили. Они выехали со стоянки и держались рядом, пока без мигалки и сирены, но... Распроклятые легавые меня засекли. Хотел бы я знать как. Фараон: - Фамилия? - Фамилия? (НИКАК НЕ ПРИХОДИТ В ГОЛОВУ!..) - Не знаешь собственной фамилии? - Фараон подмигивает своему напарнику.- Этот парень совсем забалдел. - Не расстреливайте меня здесь! - взмолился Чарлз Фрек в своем глюке, вызванном видом черно-белой машины.- По крайней мере отвезите меня в участок и расстреляйте там, подальше от глаз! Чтобы выжить в этом фашистском полицейском государстве, подумал он, надо всегда знать фамилию, свою фамилию. При любых обстоятельствах. Первый признак, по которому они судят, что ты наширялся, - если не можешь сообразить, кто ты, черт подери, такой! Вот что, решил Чарлз, я подъеду к первой же стоянке, сам подъеду, не дожидаясь, пока начнут сигналить, а когда они остановятся, скажу, что у меня поломка. Им это дико нравится. Когда ты отчаиваешься и сдаешься. |
