«Нет!» — она отступила и сложила руки на груди, повторив вслух, — нет.

— Значит там! — ухмыльнулся красивейший Темнейший.

— Люциус!

Черный камень справа мигнул и в пространстве, без того наэлектризованным ее негодованием и его упрямством, раздался довольный Галин голос:

— Привет! Уже ссоритесь?!

— Нет. — Дьявол преодолел расстояние между ним и демонессой и ласково обнял свое сокровище. — У нас все хорошо.

— А по ней так не скажешь. — Заметила вредина из четвертого мира. — Олимпия, он тебя опять достал?

— Нет. — Изящные ручки красавицы накрыли дьявольские длани.

— Жаль. — Вздохнула Галя. — Но вы в следующий раз не стесняйтесь, продолжайте в том же духе, как сейчас! Глядишь, поссоритесь, и мы с парнями раньше вернемся.

— Галя, что тебе надо?

— Вот прекрасный тон, для масштабной ссоры, запомни его и используй повсеместно. — Хитро прищурилась она.

— Галя… — почти прорычал дьявол.

— Ой, какой ты злой, когда не выспишься.

— Ближе к делу. — Не меняя тона, попросил он.

Пожав плечами, девушка премило продолжила: — А еще вредный, противный, наглый, грубый… Правда, Олимпия?

— Он хороший, мой самый замечательный. — Демонесса нежно погладила его руки, и удостоилась долгого поцелуя, исполненного нежностью.

Из камня послышался протяжный и завистливый Галин вздох.

— Вот чельд! Уловка с яблоком раздора не прошла, в следующий раз возьму груши. — Она задумчиво покосилась в сторону. — А вы случаем, не знаете, что взять в гости к чури?

— Ты к ним плывешь? — удивился улыбчивый дьявол. — Зачем?

— Договор подписывать о найме на прежнюю работу.

— Плохая идея, у них переворот в колонии. — Прошептала Олимпия.

— Знаю, поэтому и плыву.

— С кем? — осведомился Люциус. Судя по тому, что он видел, рядом с бывшей жертвенницей более никто не стоит.

— Сама, почти. Еще со мной плывет Цимис и Эдваро.

— Сын Гана Гаяши? Как он его отпустил? — в голос спросила красивейшая пара.

— Вот и меня грызут смутные сомнения на этот счет. А потому дорогие мои, Люциус и Олимпия, у меня есть маленькая просьба.

— Надеюсь, не последняя? — уточнил дьявол.

— Я тоже надеюсь, но… — шмыгнув носом, она уткнулась взором в листок. — Значит так, все полномочия по разбивке сада и не только в случае безвозвратной своей кончины передаю демону Себастьяну. Он более прочих в курсе дела. В случае его кончины за… кхм, сад возьмется зелен Вестерион Соорский, далее амур Донато, затем инкуб Шпунько, и если к этому времени в себя придет Нардо… тогда пусть сам себя вытаскивает из передряги. Потому что больше будет некому, а других на вашем месте я посылать не стала бы.

— Галя… — сдавленно прошептала Олимпия.

— Не реви. — Приказала вредина ей и себе и продолжила будничным тоном. — Все свои средства передаю родным, палатку отцовскую Топ Томычу прощаю, а так же выдаю сумму в размере ее стоимости, в случае чего он знает, где взять. Ну, и в счет этого, пусть проследит за попаданием моих вещей к родителям, а то Женька как в кого-нибудь влюбится, так обо всем насущном забывает.