Ее глаза горели огнем.

— Может, мне не хочется слышать тысячи твоих извинений! Может, мне не нужен роман, не принимающий в расчет мои чувства к детям! Никогда не забуду того, что с ними случилось! Мне следовало быть рядом, когда они нуждались во мне. Так что извини, если я питаю сильную неприязнь к мужчинам, которые считают, что могут командовать мной! И при виде тебя в компании драгоценных подружек я снова вспоминаю о твоей распутной жизни. Ты наверняка поймешь, что я предпочитаю избегать подобных непристойных сцен. Поэтому предлагаю тебе ехать к Дженет. Уверена, она ждет.

— Ты закончила?

— Да, — сварливо бросила Роксана.

— Поверь, я в ужасе от того, что случилось с твоими детьми, и извинился бы сто раз, если бы это тебя утешило. Но сомневаюсь, что когда-нибудь смогу загладить свою вину. Что же до твоей независимости… чертовски глупо даже спорить об этом. Все изменилось. Об Аргайлле позаботились. — Он выставил ладони, словно стараясь отразить ее гневный ответ. — Позволь выразиться иначе: от Аргайлла мы откупились, и больше никто не желает отдавать тебе приказы, в особенности — я. И что бы ты там ни думала, другие женщины меня не привлекают. Дженет буквально бросилась мне на шею, я пытался ее оттолкнуть.

— Избавь меня от объяснений, — фыркнула Роксана, презрительно скривив губы.

— Может, я не хочу избавлять тебя от всего, что связано со мной!

— У тебя нет выбора.

— Выбор всегда есть, — зловеще ответил Робби.

— Ты опять начнешь меня запугивать?

— Я думал о чем-то более… приятном. Подъем сюда был нелегким.

— Почему ты не сказал сразу? — пренебрежительно усмехнулась она. — Уж я бы сумела угодить незваному гостю, если бы знала, что он приложил столько усилий!

— Раньше ты знала, как угодить!

— Имеешь в виду, до Дженет? — спросила Роксана.

— Может, принести от нее записку, освобождающую меня от всех обвинений?

— Неужели она даст такую… без всяких одолжений с твоей стороны? — дерзко пробормотала Роксана.

— Ты настоящая стерва.

— А тебе обязательно нужно спать с любой женщиной, которая подойдет ближе чем на два шага.

— Как удобно! Ты находишься как раз в двух шагах. Думай об этом как о нежном прощании, — издевательски заметил Робби, — если действительно говоришь откровенно.

— Сомневаешься в моей искренности?

— Интересно, до какой степени ты позволяешь собственному нраву управлять своими чувствами?

Робби вскочил и подошел к Роксане. Он устал от этого разговора, устал от извинений и объяснений, от необходимости угадывать ее настроения. Он намеревался покончить со всем этим собственным способом.

Но Роксана, быстро отступив, протестующе вытянула руку:

— Держись от меня подальше.

— Не желаю.

— Я закричу!

— Я закрою тебе рот поцелуем.

— Будь ты проклят Робби.

Но ее губы стало покалывать, словно он уже целовал ее.

— Будь прокляты мы оба в таком случае, — прошептал он, наступая.