Вот интересно, как нам рассказать, что "Козлик"… Это вообще машина-зверь… Особенно когда ты едешь в ней первый раз по крутому склону, усыпанному камнями и понимаешь, что вон та кочка, с которой вы только что легко и изящно спрыгнули, высотой была сантиметров сорок, а вмятина на крыше от твоей головы отсутствует только по той причине, что крыша — брезентовая!

Через пару часов, на привале у костра ты со скрипом и скрежетом расправляешь помятые крылья, стягиваешь, натянутый на уши, нимб, достаешь свёрнутый и уехавший в трусы позвоночник и даёшь себе клятвенное обещание — не садиться в "Козлика" под страхом пяти суток расстрела!

А утром друг-водитель заявляет, что вчерашняя дорога это так, для "разминки", и до ближайшего населенного пункта километров 750 и две переправы — если возвращаться и четыре, если ехать вперёд!

И вообще, хватит тебе лоботрясничать, давай садись за руль, а то я выпимши, а вдруг менты!?

От нахлынувших воспоминаний меня снова унесло так далеко, что Мостовой, простите — Мостостроитель, снова двинул меня локтем по ребрам, возвращая на удобный диван "Фордозана". Или "Тууморда"?

От великого ума озвучил оба варианта и…

Хорошо, что "Козлик" на АГ: от избытка чувств Майк дёрнул рулём, и мы оказались в кювете, упираясь носами в лобовое стекло и украшая его своими кровавыми приношениями.

— Смешной ты человек, Плээт. — Подвёл итог Майк, выведя машину из кювета, вытирая слезы смеха и размазывая по лицу, текущую из носа кровь. — Так моего "Козлика" ещё никто не сподобился обозвать.

Так, на постоянных тычках в ребра, мы и доехали до дома Майка.

Нет. Не так. Просто никогда раньше я не видел ранчо, представляя его лишь по книгам и сериалам.

Что-то, конечно, совпадало…

Но не короткая взлетная полоса, позади дома, шесть нефтяных вышек, сейчас не работающих и оттого аккуратно упакованных в прозрачный полиэтилен, густо украшенный с внутренней стороны пятнами жирной смазки и огромная поляна, с расположенным точно в центре очагом.

Загнав машину под навес, Майк выпрыгнул на улицу и блеснув зубами в широкой улыбке, качнул головой в сторону дома, приглашая проходить, не стесняясь.

Скажу я вам одну правду, только не ешьте меня поедом, но… Мыться с дороги у колодца ледяной колодезной водой это, конечно, бодрит… Но, всё-же, на мой взгляд, слегка экстремально…

А вот Ромм и Майк плескались у колодца почти полчаса, фырча, с чувством брызгаясь и крякая, опрокидывая себе на голову ведро ледяной воды.

Видя нефтяные вышки, опасался, что вкус у воды будет не очень. Ошибся.

Холодная вода ломила зубы, гарантировала мгновенную ангину и сводила с ума своей чистотой…

Пока эти там мылись, я выдул литра два и, набрав в кружку ещё, про запас, отошёл в тень навеса, под которым притаился "Козлик".

— Мой внук так и не научился быть гостеприимным хозяином. — Спокойный женский голос, чуть насмешливый, долетел до меня со стороны крыльца дома. — Весь в своего деда, маленький засранец…

Обед у Смитов мне понравился: бабуля Марион и мамуля Хелен накрыли стол в тени развесистого дерева, заставив нас таскать еду с кухни…

Учитывая, что вся мужская часть семейства оказалась в отъезде, а готовилось с расчётом на них, то досталось всем. И совершенно зря Майк поднял тост в нашу честь крепким бренди.

Если по купанию в ледяной воде Майк нашёл себе соперника в лице Мостового, то вот пожрать, да ещё под "крепкое", это уж пожалуйте ко мне, только потом не жалуйтесь!

Бабуля Марион старательно пододвигала мне всё новые и новые вкусности, глаза Ромма уже сыто закатились, а Майк все ещё старался меня "переесть".