Ну да, "Мышка" давным давно "сидела" над навесом с авто, ожидая нашей команды "в путь".

— У нас прекрасные закаты. — Хелен решила сменить тему разговора, за что я ей был очень благодарен, ведь, как ни крути, как не отбрыкивайся, "Вирвидор" я лучше, чем вояка или волшебник. А смысл жизни Вирвидора — это рассказы о том, где он был, что видел и как это произошло. — Глядя на них, хочется верить, что весь мир любуется чистым небосводом, радуется дождю и загорает под таким ласковым и тёплым солнышком. Что нет в мире людей…

Хелен встала и молчком скрылась в доме, оставляя нас в странной тишине недосказанности.

Едва она подошла к двери, из-за неё раздался гулкий звонок телефона.

— Умеет моя тётка такие фортеля выписывать! — Майк поёжился. — Ведьма она, прав был папа.

— Ведьма. — Пьяно согласился Ромм, испугав Майка до полного протрезвления. — Не обученная, но силищи…

В ответ на его слова, я мысленно чертыхнулся и кинулся смотреть "искры".

Через минуту уже и сам сидел трезвый: судя по тому, что я узрел, вся женская часть семьи Смитов, так или иначе обладала способностями. Майку их, не досталось.

Нормально мы так в гости заглянули…

— Твой папа, Майк… — Марион сделала хороший глоток из бокала, покачала головой и поёжилась, словно перед прыжком в ледяную воду. — Был редким мудаком. Он всё и всегда знал лучше всех. И когда твоя мать — моя дочь, погибла… Убежал, оставив вас с сестрой на нас с Хелен. Пусть молится, что Питер к тому времени… уже ушёл, а Бааз предпочёл заниматься вами, а не пойти и отстрелить ублюдку яйца! Хотя мог.

— Лучше бы отстрелил. — Майк потянулся за своим стетсоном, висящим на спинке кресла и пролил бренди, уронив стакан на землю.

Через мгновение он с благостной улыбкой откинулся на спинку и захрапел, посвистывая и прищелкивая, выдавая носом такие рулады, что Марион поморщилась.

— Пойдёмте в дом. — Бодрая 94-летняя бабулька легко встала из глубокого кресла, и в повороте её головы, первом шаге, почудился мне знакомый образ.

Кольвеги очень похожи на нас.

Очень.

— Резидент имперской разведки. — Озвучил я, собственные мысли, радуясь собственной догадливости и наблюдательности. Вот так, от трёх совсем не простых слов встал на место "Козлик", вкусное бренди и дом, так не похожий на обычное техасское ранчо.

— Я — в отставке.

— Разведка бывшей не бывает. — Ромм озвучил прописную истину. — Если не вы, тогда… Хелен.

— Нет. Мой муж, Бааз. — На пороге дома стоял высокий и худощавый кольвег, с голубыми глазами и жесткими морщинами, вокруг рта. Легкая седина на рыжих волосах короткой стрижки и значок шерифа, на клапане левого кармана рубашки.

Хелен с обожанием в глазах любовалась своим супругом, лучась счастьем не хуже закатного солнышка.

Всё ничего, но вот из-за его спины выглядывало донельзя знакомое лицо, сейчас смущённое и покрасневшее.

— Оливия, живо мыть руки и за стол! — Подкравшаяся бабуля Марион испугала девчонку, до прыжка вверх и в сторону. Точнехонько на стоящий на дороге табурет.

Мелькнули битые колени и покрытые синяками запястья.

— Это что за… — Марион схватила внучку за руки, легко поднимая и разворачивая к себе лицом. — Наркота?! Убью.